Великая охота

 – Он помедлил, искоса глядя на Ранда. – Ты не хотел всего этого? Мы уйдем отсюда вместе? Ты, я и Мэт?

– Я не могу, Перрин. Не могу сказать почему, но я на самом деле должен уйти оди… Перрин, постой!

Дверь громко захлопнулась за Перрином.

Ранд рухнул на кровать.

– Я не могу сказать тебе, – прошептал он, ударив кулаком по кровати. – Не могу.

«Но теперь можешь уходить, – заметил внутренний голос. – С Эгвейн все будет хорошо, и Мэт оправится через час-другой. Ты можешь сейчас идти. Пока Морейн не передумала».

Ранд уже сел, когда стук в дверь заставил его вскочить на ноги. Если бы вернулся Перрин, то он бы стучать не стал. Стук раздался опять.

– Кто там?

Вошел Лан, захлопнув за собой дверь пяткой. Как обычно, поверх простой куртки из зеленой ткани, почти невидимой в лесу, он носил меч. Но на этот раз высоко на левой руке был повязан широкий золотой шнур, бахрома на его кончиках болталась почти у самого локтя. На банте сверкал приколотый к нему золотой журавль в полете – эмблема Малкир.

– Престол Амерлин желает видеть тебя, пастух. В таком виде тебе идти нельзя. Снимай эту рубашку и расчеши волосы. Ты выглядишь будто стог сена.

Лан рывком распахнул дверцы шкафа и стал перебирать одежду, которую Ранд предполагал здесь оставить.

Ранд как встал, так и стоял столбом; у него было такое ощущение, будто его молотом по голове ударили. В какой-то степени такого оборота событий он ожидал, но был уверен, что успеет уйти раньше, чем последует подобное приглашение.

«Она знает! Свет, я уверен в этом».

– Она желает меня видеть? Что ты хочешь сказать? Я же ухожу, Лан. Ты был прав. Вот сейчас я пойду в конюшню, заберу свою лошадь и уйду.

– Ты должен был поступить так минувшей ночью. – Страж кинул на кровать шелковую белую рубашку. – Никто не отказывается от аудиенции у Престола Амерлин, пастух. Даже сам лорд капитан-командор белоплащников. Пейдрон Найол всю дорогу бы планировал, как бы убить ее, если можно это провернуть и убраться живым, но он бы явился к ней.

 – Он повернулся, приподняв одну из курток со стоячим воротником, которую держал в руках. – Вот эта подойдет. – Широкой полосой золотого шитья взбирались по красным рукавам и вились по обшлагам переплетенные побеги шиповника с длинными колючками. На окаймленном золотой тесьмой воротнике стояли в углах золотые цапли. – Цвет тоже подходящий. – Казалось, он чему-то приятно удивлен или чем-то доволен. – Давай, пастух. Переодевайся. И поживей.