Нож сновидений

В ходе переговоров, которые проходили через Талланвора, о них никаких упоминаний не было, но их появление неожиданностью для Перрина не явилось.

– Пора, – промолвил он, подбирая одной рукой поводья Ходока. – Пока она не решила, что мы не пришли.

Анноура подобралась поближе к Берелейн и положила ей руку на запястье, пока та не успела пришпорить свою белоснежную кобылу.

– Ты должна разрешить мне поехать с тобой, Берелейн. Ведь тебе могут понадобиться мои советы, верно? Ведение таких переговоров – моя специальность.

– Подозреваю, шончан теперь узна`ют Айз Седай по лицу, не так ли, Анноура? Не думаю, что они захотят вести переговоры с тобой. И, кроме того, – добавила Берелейн сахарным голосом, – тебе необходимо остаться здесь и помочь мастеру Грейди.

На секунду на щеках Айз Седай выступили красные пятна, а губы превратились в тонкую ниточку. Чтобы заставить ее выполнять приказы Грейди, потребовалось вмешательство Хранительниц Мудрости. И Перрин был рад, что не видел, каким же все-таки образом им это удалось.

Но вопреки всему всю дорогу из лагеря она старалась увильнуть от выполнения обязательств.

– Ты тоже остаешься, – скомандовал Перрин, когда Айрам направил коня вперед. – В последнее время ты много горячишься, а я не могу рисковать – вдруг ты скажешь что-нибудь неподобающее или сделаешь что-то не то. Я не собираюсь ставить Фэйли на кон. – Так и есть. И совершенно ясно, что ему не нужен человек, который передаст все, что будет происходить на переговорах, Масиме.

 – Понимаешь?

В запах Айрама пузырьками вплелось разочарование, однако тот, пусть и неохотно, кивнул и опустил руки на переднюю луку седла. Может, он и рассказывает все сплетни Масиме, но он скорее сто раз отдаст свою жизнь, чем рискнет жизнью Фэйли. По крайней мере, осознанно. Каких дров он может наломать, не задумываясь, – другой вопрос.

Перрин выехал из-за деревьев. По одну руку от него расположился Арганда, по другую – Берелейн и Галленне. За ними, под колышущимися на ветру знаменами, колонной по двое последовали десять майенцев и десять гэалданцев.

При виде появившейся из леска процессии шончан двинулись навстречу, тоже выстроившись в колонну. Талланвор ехал впереди вместе с командирами, один из которых восседал на чалом жеребце, а другой – на гнедом. Лошадиные копыта неслышно ступали по толстому ковру прошлогодней травы. В лесу стало слишком тихо, даже ухо Перрина едва ли могло что-то уловить.