Корона мечей

Наверно, очень многие женщины знают, как этого добиться. – Я объясню тебе кое-что, хотя человек даже весьма среднего ума мог бы и сам сообразить. Три Клятвы позволяют сестрам использовать Единую Силу как оружие только против приспешников Темного или отродий Тьмы либо для защиты собственной жизни, жизни своего Стража или жизни других сестер. Там, где ты нас поставил, мы могли без толку простоять до Тармон Гай'дон, если бы только сами не оказались в опасности. Мне не нравится объяснять свои поступки, деревенщина. Не заставляй меня делать это снова.

Ты понимаешь?

Уши Лойала поникли, он смотрел в пространство прямо перед собой с таким напряженным видом, что было ясно: он хотел бы оказаться где угодно, только не здесь – даже рядом со своей матерью, которая только и думала о том, как бы женить его. Айрам как открыл рот, так и позабыл закрыть, а ведь он всегда старался делать вид, будто Айз Седай не производят на него ни малейшего впечатления. Джондин и Тод спустились с повозки, боясь случайно оказаться замешанными в происходящее; Джондин неспешно, точно прогуливаясь, пошел прочь, а Тод не скрываясь убежал, оглядываясь через плечо.

Объяснение Кируны звучало вполне разумно и даже походило на правду. Нет, учитывая вторую из Трех Клятв, это и была правда. Хотя лазейки оставались. Например, можно говорить не всю правду или выразиться как-то так, чтобы не солгать напрямую, но и не сказать правды. Сестры, возможно, и в самом деле почувствовали себя в опасности, что дало им право использовать Силу как оружие, но Перрин готов съесть свои сапоги, если у них даже в мыслях не было того, как бы первыми добраться до Ранда.

Что произошло бы в этом случае, можно только гадать, но, уж конечно, в их планы никак не входило то, что случилось на самом деле.

– Он идет, – неожиданно сказал Лойал. – Смотрите! Ранд идет. – Перейдя на шепот, он добавил: – Будь осторожен, Перрин. – Для огира это и в самом деле был шепот. Айрам и Кируна, скорее всего, слышали каждое слово, может, и Бера тоже, но, несомненно, больше никто.

 – Они не присягали на верность тебе! – Голос Лойала вернулся к нормальному для него гудению. – Как вы думаете, может он рассказать мне о том, что происходило в лагере? Для моей книги. – Лойал писал книгу о Драконе Возрожденном или, точнее говоря, делал пока заметки для нее. – Я не так уж много видел с того момента, как… как началось сражение. – Он бился бок о бок с Перрином в самой гуще боя, размахивая огромным топором под стать своему росту.