Око Мира

Или, может, серый. Все время меняется. Плащ как будто сливается с тем, возле чего он стоит. Иногда ты его даже не видишь, хоть и смотришь прямо на него. Разглядеть удается, только если он пошевелится. А у нее плащ – голубой как небо и в десять раз наряднее, чем любые праздничные одежды, что я видел. И к тому же она в десять раз красивее всех, кого я в жизни встречал. Она высокородная леди, как в сказках. Наверное, так.

– Ее? – сказал Ранд. – О ком ты говоришь?

Он уставился на Мэта, который заложил руки за голову и зажмурился.

– О них-то я и хотел рассказать тебе, – проворчал Мэт, – до того, как ты втянул меня… – Он оборвал фразу и открыл глаза, чтобы пронзить взглядом Ивина. – Они прибыли прошлым вечером, – продолжил Мэт через мгновение, – и сняли комнаты в гостинице. Я видел, как они прискакали. А их лошади, Ранд! Я никогда не видывал таких высоких лошадей или таких холеных. Они выглядели так, будто могут скакать вечно. По-моему, он у нее в услужении.

– На службе, – вмешался, не утерпев, Ивин.

 – В сказаниях это называется – быть на службе.

Мэт продолжал, словно не слыша Ивина:

– Во всяком случае, он ей подчиняется, делает все, что она приказывает. Только он не похож на наемного слугу. Может, воин. Ты бы видел, как он носит меч, кажется, что меч – его часть, рука или нога. По сравнению с ним купеческие охранники просто шавки. А она, Ранд! Я никогда и вообразить себе не мог никого похожего на нее. Она точно из менестрелевых преданий.

Она словно… словно… – Он умолк, окидывая Ивина сердитым взглядом. – Словно высокородная леди, – закончил он со вздохом.

– Но кто они такие? – спросил Ранд. Не считая купцов, раз в год приезжающих закупать табак и шерсть, и торговцев, чужеземцы никогда, или почти никогда, не появлялись в Двуречье. Может, в Таренском Перевозе, но не так далеко к югу. К тому же большинство купцов и торговцев наезжали сюда многие годы подряд, так что их не считали на деле чужаками. Просто нездешними.

Минуло добрых пять лет с той поры, как в последний раз в Эмондовом Лугу появлялся настоящий чужак, да и тот пытался скрыться от какой-то неприятности, приключившейся с ним в Байрлоне, а от какой – никто в деревне не понял. Он надолго не задержался. – Чего им надо?

– Чего им надо? – воскликнул Мэт. – Мне все равно, чего им надо. Чужаки, Ранд, и такие чужаки, какие тебе и не снились. Вдумайся в это!

Ранд открыл было рот, но так ничего и не сказал.