Бульдозер

Деваться тогда Василию будет некуда, не бросать же хмыря одного. Пропадет. Он только на вид ужасный: мордатый, зубастый, весь в клочьях шерсти и тине. Но более доброго и беспомощного существа во всех Забайкальских лесах не найти. Куда ему с Ягушенцией связываться.

Как боялся Василий, так и случилось. Вскоре они с Сигизмундом уже сидели за столом в бревенчатом строении на курьих ногах, а Баба Яга потчевала их взваром из бузины, называя соколиками, боевыми ястребами и бесстрашными борцами с несправедливостью.

Причина безудержной лести стала понятной, когда хозяйка, налив гостям по пятой порции, приступила к делу.

У Василия челюсть отвисла, когда он услышал, о чем Ягушенция их просит. Ни много ни мало – спереть в соседнем городке бульдозер.

О том, зачем бульдозер ей понадобился, бабка особо не распространялась. Лишь сообщила туманно, что обещала строительную технику своему приятелю Змею Горынычу для расчистки площадки перед его пещерой. Какие-то у Змея возникли проблемы с собственным весом и взлетной полосой.

Зато о бульдозерах бабка знала, похоже, все. Видимо, в интернете погуглила.

Оказалось, она уже присмотрела один подходящий – в хозяйстве городского комбината благоустройства. Миниатюрный такой, желтенький, на колесиках. Остались сущие пустяки – взломать замок на воротах в комбинатский двор, завести бульдозер и быстренько из города убраться.

– Ночью никто не помешает, до рассвета управитесь, – закончила бабка, гипнотизируя Василия взглядом. – А потом сразу на омут.

Дорогу покажу.

Василий покосился на друга, оценил его завороженный вид и вздохнул.

Обрадованная Яга погладила Сигизмунда по голове и вытерла руку об юбку. «До города я вас довезу на ступе, – сообщила она непринужденно. – Обратно доберетесь самостоятельно – на бульдозере. Он на ходу, километров 40 в час выжмете не парясь».

– Постойте-ка, – возмутился Василий. – Вы, что же, сами на дело не собираетесь? Нас, значит, на преступление подбиваете, а сами в кусты?

Разгоревшиеся далее дебаты возымели результатом то, что Ягушенция поклялась принять в кампании участие.

И вот Василий сидел сейчас под стенами заброшенной фабрики пианино, глядел на звезды и гадал, чем эта ночь для него с Сигизмундом закончится. Ничем хорошим, ежился он, ожидая ситуации с гонками, полицейскими сиренами и стрельбой. И хотя воображение у домового было будь здоров, его все равно не хватило, чтобы хоть чуть приблизиться к тому, что ожидало их в действительности.