МИФЫ. МИФОподставы

 – Будучи взволнован, я подчас перехожу на высокий стиль.

– Вы обвиняетесь в том, – прогудел маркграф трубным голосом, – что выдавали себя за должностных лиц короны, а также в краже и трате драгоценного времени путем обмана, мошенничества, развращения молодежи…

– В чем, в чем? – взорвался я, не веря своим красивым ушам, похожим на уши летучих мышей.

Маркграф пронзительно взглянул на меня, сверкнув черным глазом-бусинкой.

– Мальчик, у которого вы пытались выманить его личные воспоминания.

– Мы ничего от него не добились, спросите своих очевидцев.

– Вы признаете это!

Он развернулся на пятках и подошел к столу, где было разложено все содержимое наших карманов, наплечных сумок, голенищ, и других неприметных мест, в которых Танда обычно прятала вещи. (Хотя мускулистая охранница дотошно обыскала нас, я нисколько не сомневался, что в укромных местечках роскошного тела Танды еще осталось кое-какое спрятанное оружие и инструменты. Она делала это много лет.)

– Что это? – потребовал маркграф, помахав у меня перед носом И-Скакуном.

Я внутренне съежился, надеясь, что он его не уронит. Технология создания этих гаджетов давно утеряна, и, хотя они довольно прочны, чтобы выдерживать путешествия по разным измерениям, столкновение с каменным полом не шло им на пользу. Я же не хотел лишаться его.

– Массажная палочка, – сказал я. – Для снятия напряжения в мышцах.

И я тут же осклабился. Пусть подумает о чем-нибудь более угрожающем. Маркграф побледнел и поспешно отложил моего И-Скакуна.

Я усмехнулся. У него явно был извращенный ум.

– А это тебе зачем? – он поднял Келсу.

Хрустальный шар был пуст, головы в тюрбане нигде не было видно. Мы несколько раз настоятельно убеждали ее не разговаривать ни с кем кроме нас. Я был рад, что она прислушалась к нашим увещеваниям. Не хватало нам для полного счастья ее словесного поноса!

– Это семейная реликвия, – сказал я. – Я путешествую с ним повсюду.

– Ты что, ведьма?

– Разве я похож на ведьму? – возразил я.

Маркграф усмехнулся.

– Ты похож на шарлатана. С тобой явно что-то не так. Мои солдаты говорят, что твое тело на ощупь грубее, чем кажется.

– Кожное заболевание, – пожал я плечами, – страдаю им с самого рождения. Вы намерены наказать меня за это?

– Я намерен привлечь вас к ответственности за кое-что другое, – сказал маркграф, насупив брови. Я был уверен: эта строгая гримаса заставляла сильных мужчин опасливо съеживаться, но у меня в начальной школе были учителя и посуровее.