Лесной хозяин

Слишком она гордилась своим папой: ведь за годы работы он спас столько жизней. Уж конечно, он и свою…

– Расскажи, – попросила миссис Джонс.

– Он спасал людей от пожаров. И уже многих спас. Он забегал в горящее здание и вытаскивал человека, пока тот не успел сгореть… – Теперь, когда Ленора начала рассказывать, её было не остановить.

– Да, звучит действительно героически, – признала миссис Джонс.

– И ни разу он не получил ни одного ожога. Мэр сказал, что наш папа – исключительный случай. – Ленора закусила губу и подтёрла пальцем остатки крема с тарелки.

Кухарка наклонила голову набок и, помолчав, произнесла:

– Ясно.

Слово так и полоснуло Ленору по горлу. Стало невозможно дышать, не то что говорить.

– Я твоего папу хорошо помню, – сказала вдруг миссис Джонс.

Ленора вновь обрела голос.

– Правда?

Кухарка заулыбалась, и теперь улыбка заиграла не только на её губах, но и в глазах, и в складках кожи в уголках глаз.

– Я же очень давно здесь, в Замке.

– Можно послушать про то, как он здесь жил? – попросила Ленора. – Сам он нам ничего не рассказывал.

По лицу миссис Джонс в который раз пробежала тень, и Ленора пожалела, что опять повторила ту суровую правду, которую уже сообщала этой доброй милой женщине и которая ещё в прошлый раз её так опечалила и рассердила.

– Да, – проговорила кухарка в ответ, – я его понимаю.

После таких слов целый рой вопросов поднялся уже сам собой, и самый громкий в этом рое был, конечно: почему?

Но миссис Джонс тут же продолжила:

– Уже поздно.

– В полдевятого. – Ленора поискала глазами настенные часы; они оказались над дверями в обеденную залу. Часы были латунные, со множеством шестерёнок, и все шестерёнки торчали наружу из-под белого циферблата – точно такого же, как на часах в прихожей, с застывшими стрелками, только эти работали. И показывали они половину восьмого.

– Немного времени ещё есть, но для долгих рассказов маловато, – пояснила миссис Джонс.

Но Ленорой внезапно овладела такая усталость, что ей не хотелось даже думать о том, чтобы подниматься по лестнице. Вот был бы здесь папа, он бы унёс её на руках. Она зевнула.

– Лучше завтра, – пробормотала она. – Я, наверное, могу сама её найти, библиотеку.