Безобразная Эйвион, или Сон разума

Солдаты, стоявшие на палубе, повалились друг на друга, Эйвион едва удержалась на ногах. На корабле поднялся гвалт.

– Ал’иир, Вил тебя побери! – крикнул сир Гарет. – Где ты там?

– Его нету, командир! – тут же раздалось в ответ.

– Сбежал, гадёныш!

– И другого тоже нет!

– Кто видит второй драгг?

Солдаты замолчали, напряжённо вглядываясь.

– Зажечь огни! – приказал рыцарь.

Спустя минуту запалили два факела: их огни мутными пятнами осветили лица солдат. Один из факелов принесли на нос корабля: это оказалась глубокая железная плошка, заполненная жиром.

Из тумана вынырнула фигура Алуна.

– Я ж говорил… он нарочно нас сюда завёл.

Рыцарь только махнул рукой.

– Десятки Мадока и Ивора в воду! – приказал он. – Остальные – на левый борт.

Двадцать человек, сбросив с себя камзолы и оставив оружие на палубе, принялись спускаться.

– Раскачиваем! – вскоре раздалось снизу.

Драгг стоял как вкопанный.

– Алун! – позвал сир Гарет.

Солдат кивнул, повернулся, собираясь уйти, и вдруг застыл.

– Что за… – пробормотал он, всматриваясь.

Из тёмного марева прямо на них плыли огни. Один, второй – не меньше дюжины лодок с пылающими горами хвороста.

– Сейчас сгорим! – рявкнул сир Гарет. – Отталкивайте их вёсл…

Рыцарь замолчал, пошатываясь. Эйвион завизжала. В его левом глазу торчала стрела, и тоненькая струйка крови текла по щеке. Ноги рыцаря подкосились, и он с грохотом свалился с носовой палубы.

В то же мгновение из тумана возникли очертания небольшого корабля, потом ещё одного и ещё, со странными треугольными парусами.

– К оружию! – закричал Алун, и сам упал, захрипев. Его крик потонул в многоголосом вопле, хлынувшем со всех сторон. Сотни стрел вонзались в живую плоть, щёлкали о борта драгга. Зажав руками рот, Эйвион села на корточки, пытаясь спрятаться от смертоносного ливня. Кто-то прикрывался щитами, другие сами стреляли в ответ, но мешала мгла, мешал едкий дым от полыхавших вокруг драгга лодок.

Эйвион отшатнулась, вскрикнув от ужаса: прямо рядом с ней в борт корабля с лязгом вцепился большой железный крюк. Другой такой же, вонзившись в бок солдата, пригвоздил его к дереву. Солдат дико завопил; кровь хлестала из развёрстой раны.

– Пошли живей! – невесть откуда взявшийся Корах дёрнул Эйвион за руку. – Не высовывайся. Плавать умеешь?

– Где Айрис? – задыхаясь, спросила она.

– Вил её знает. Быстрее.