Безобразная Эйвион, или Сон разума

– Ушли, кажись, – выдохнул Алун.

– Тихо.

Ещё на добрые четверть часа все замерли, сдерживая дыхание и вслушиваясь в лесной шёпот.

Сир Гарет поднял с пола чей-то плащ и накрыл обезглавленное тело. Потом обернулся к девушкам. Всё это время они стояли ни живы, ни мертвы.

– Как ты сказала? – спросил рыцарь. – Шали? Так это случилось с Дармом?

Айрис судорожно мотнула головой.

– Не шали это, – сказал Алун, – я слыхал про этих тварей. Это – гархи. А шалей не видно и не слышно, и рук-ног у них нет. И шалям плевать, есть костёр или нет.

– Шалей видно, – возразил ему кто-то, – они как медузы морские, летают только.

– Сам видел, чтоль?

– Рассказывали…

– Это всё она! Она их с собой привела! – вдруг хрипло выкрикнул один из солдат, тот самый, у которого Эйвион спрашивала про Белую Башню. Его лицо было перекошено страхом и ненавистью. Он выхватил меч. – Порешить Чёрную ведьму!

Эйвион вжалась в стену. А потом – она едва успела заметить, что произошло. Сир Гарет шевельнул кистью, и тот солдат свалился на пол, булькая кровью из распоротого горла.

В руке рыцарь держал длинный тонкий кинжал.

– Кто-нибудь ещё хочет нарушить клятву?

Солдаты молчали, хмуро косясь на дёргающееся тело.

– До утра никому не спать. Уходим с рассветом.

*      *      *

Едва небо начало светлеть, они вышли наружу. Никаких следов Тидвила так и не обнаружилось. На скорую руку солдаты выкопали неглубокую яму, куда сложили тела погибших; голову несчастного Ифора также не нашли, только под бойницей стена и жухлая трава были забрызганы кровью.

Могилу забросали землёй, ветками и листвой. Сир Гарет не торопил своих людей, но они и без того работали быстро и молча.

Лошадей осталось всего четыре. «И это неплохо, – мрачновато заметил рыцарь, – можно будет по очереди ехать». Другие животные пропали без следа – только оборванные поводья да изрытая копытами земля указывала на то место, где их оставили прошлым вечером.

– Гархи – они здоровенные, – хмуро пояснил Алун.

Из всех солдат он был самым старым и, судя по всему, опытным. – Я когда мальцом был, в Тор Брине убили одну такую тварь. Крылья – футов по десять, не меньше, лапы с когтями. И летают так быстро – что твои пчёлы. Вжик – и нет человека.

– Чего ж не всех лошадей утащили? – поинтересовался Утер, тот самый юноша с едва пробивавшейся бородкой.

– Кто их знает. Может, не их это земля, случайно мимо пролетали. Да и так – двенадцать скакунов было, осталось четыре.