Другие. Дэниел

 – Мама пообещала, что мы пйиедем к вам в субботу, – она помолчала и опасливо спросила: Бекки не будет меня толкать?

– Нет. Она просила за неё извиниться.

– Ни о чём я тебя не просила, – взвизгнул сзади голос сестры.

– Я перезвоню, Бев. Мама зовёт.

Я отключил Беверли и повернулся к Бекки. За время заточения в своей комнате, она успела причесаться и надеть любимое платье отца.

– Если мямля опять сюда припрётся, я сделаю то же самое, – зловеще предупредила сестра.

– Только попробуй – вместо чая, будешь лакать воду.

Нашу перепалку прервал отец. Он был одет в чистые джинсы и на ходу причёсывал мокрые волосы. Его фигура внушала уважение: Олли Блум был высоким, сильным и рельефным. Невзирая на пивные среды, он не расползся вширь и на животе у него бугрились «кубики». На моём сытом брюшке они так и не появились, хотя я уже неделю делал зарядку.

– Здравствуй, папочка, – Бекки бросилась ему на шею. – Мама меня наказала, но я так по тебе соскучилась, что спустилась поздороваться.

– Спасибо, красавица, – растроганный отец взял её на руки. – Я отменяю твоё наказание.

– А я – нет, – вмешалась мама. – Бекки по-прежнему наказана и уйдёт к себе.

– Она останется здесь.

– А как же «единый фронт», Олли? – елейно спросила мама. – Ты о нём уже забыл?

Отец опустил Бекки на пол. На его лице была написана такая усталость, что, впервые за годы нашего знакомства, мне стало его жаль.

– Я поем у Дуга, – буркнул он.

– Подожди, – Элен откашлялась, словно собираясь с силами.

– Какой отпуск? У меня работы выше крыши, – отец с подозрением прищурился. – С чего это ей так приспичило? Ты же ездила к ней три месяца назад.

– У неё плохо с сердцем. Врачи настаивают на операции и я должна её поддержать.

Мы с Бекки азартно переглянулись. Старухины миллионы сами плыли нам в руки и мама не должна была их упустить.

– Конечно, мам, – сказал я. – Может, после операции, бабушка сможет с нами познакомиться.

– Она только об этом и мечтает, – язвительно ответил Олли. – Пожалуй, я сам ей позвоню и расскажу, как мы все здесь за неё переживаем.

Мама пожала плечами. По её лицу прокатилась волна той же усталости, что и у отца.

– Номер телефона в записной книжке, – сказала она. – Мама уже купила мне билет и я улетаю завтра вечером.

– Ты ставишь меня перед фактом? – возмутился Олли.

– Извини, но у меня нет другого выхода.