Сказания Меекханского пограничья. Небо цвета стали

Кеннет посчитал, что нескольким из них не помешало бы пройти курс пользования иглой и ниткой.

– К нам приходил генерал, как вы наверняка заметили. Мы получили новые приказы, и вы, по крайней мере, не возвращаетесь в конюшни. Третья десятка из восьмой – шаг вперед!

Никто даже не пошевелился. Кеннет прикрыл глаза, скрежетнув зубами.

– Бывшая третья десятка из восьмой, выйти из строя!

Десять солдат выступили вперед.

– Хорошо. С этого момента вы – пятая десятка из шестой. Остальным встать в три шеренги.

Двадцать пять солдат засуетились, а через миг-другой три шеренги стояли одна за другой. Восемь, восемь, девять. Кеннет кивнул.

– Шестая, седьмая и восьмая десятки. Так, как стоите. – Лейтенант прошелся перед первой шеренгой. – Ты.

Перед второй.

– Ты.

Перед третьей.

– И ты. За мной.

Вскоре он стоял чуть в стороне с тремя стражниками.

– Имя и фамилия, – обратился Кеннет к первому, худому как жердь мужику в кожаном шлеме и кожаном панцире, утыканном железными набойками.

– Цервес Фенл, господин лейтенант.

У второго было лицо человека, ставшего ветераном уже в те времена, когда кочевники напали на империю. Носил он легкую кольчугу и – что сразу бросалось в глаза – лук. Подобное оружие было редкостью в Горной Страже, но потрепанная кожаная перчатка говорила о том, что солдат умеет им пользоваться.

– Версен-хон-Лавонс, господин лейтенант.

– Омнэ Венк, господин лейтенант, – не стал ждать приглашения последний. Была у него обычная кольчуга, стандартный шлем и меч.

– Теперь вы – младшие десятники, – сказал он наконец. – Так, как и стояли, – в шестой, седьмой и восьмой десятке. Прежде чем мы выйдем из лагеря, я хочу видеть черное с коричневым на краях ваших плащей.

Версен-хон-Лавонс поднял руку.

– Слушаю, младший десятник?

– Отчего мы?

– В ваших документах не было ничего о понижении звания, но на плащах у вас – свежая белизна.

Он глянул в глаза лучнику – серые, скрытые под седыми бровями и спокойные.

– Однако если нас понизили в звании, то стоит ли рисковать, господин лейтенант?

– Не знаю. – Кеннет в последний момент сдержался от легкомысленного пожатия плечами. – Но мне нужны сержанты.