Чёрная сиротка

Каждая печать не должна быть тронута и пальцем. А ты что учинила, погань? Где это произошло, дочка?

– Скажу так: седьмой Владыка сферы Чёрного Оникса самолично расписывал стену. Милдред специально разбила наше знамение, чтобы подставить меня. – Глаза Алисии становятся взволнованными. – Выяснив… о нашем прошлом с её учителем, она заревновала, что я вернусь к нему, обещала расправу, когда станет покровителем. Каждый раз, когда мы встречались, Милдред находила минутку, чтобы оскорбить меня. А сегодня… она поставила меня в пример разрухе – это моя участь, когда она возвеличится.

Весь этот погром она собиралась свалить на меня. За столько времени Хейз достаточно освоилась, чтобы узнать о наших обычаях. Не сомневаюсь, она знала, куда бьёт и с кем разговаривает. Девочку поддерживают, поэтому она высокомерна.

Я теряю дар речи: она убедила их своей красноречивостью. Я не осмеливаюсь смотреть на Грэма. Откуда ему знать меня настоящую? Но доверия к Алисии у него тоже нет, уж это очевидно.

Девушка нервно моргает, бросая незаметный взгляд на того, кого любит.

– Это ужасно, – мурлычет Владыка, а затем берёт под ногами бутылку с вином и принимается жадно высасывать напиток.

Отец и мать переглядываются и едва приметно кивают друг другу. Флавиан выпил, значит, можно надеть позолоченный головной убор.

– Её нужно убить. – Владыка громко икает и без стеснения выпускает кошмарную отрыжку.

Правая рука всем составом никак не реагирует.

– Этого не произойдёт, – объявляет Коши, умело контролируя низкий баритон.

– Почему его ещё никто не вытурил? – Владыка косо всматривается в своих посыльных – они возбуждённо пересматриваются и покаянно опускают головы.

– Никому не хочется участвовать в схватке, не подняв меч выше пояса, – так же спокойно говорит Грэм.

Я избегаю даже боковым зрением наблюдать за ним. Куда угодно: на барельефные потолки, встревоженное пламя свечей, вытянутые стрельчатые окна, но не Коши в лицо. Пускай ничего позорного в его отношении я не делала, не допускала непристойных мыслей, мне стыдно.

Он вполне мог поверить в россказни Алисии, потому что я тоже недостаточно хорошо его знаю.

– Сегодня я разбираюсь не с тобой. Сойди на второй план. И это… мой прика-с-с. – Владыка жестикулирует рукой в воздухе, больше не находя слов в своём пустом пропитом черепке, и Грэм без колебаний отходит.

– Что прикажете делать? – задаёт вопрос отец, мерзко лыбясь.