Чёрная сиротка

И всё это обустроено так, чтобы не разбавлять главный цвет сферы Чёрного Оникса. На мгновение я даже задумываюсь, что алмаз – дешёвая подделка, но потом вспоминаю, что я вообще не на Земле.

Я осматриваю прямоугольный потолок, на котором переливаются глянцевитые красные ромбы. Меня пугают размеры замка, приводят в ужас своей неизвестностью. Но почему? Дома, на Земле, столько стран и городов не были изведаны мною, и я чувствовала себя в полном удобстве. «Это совсем другое», – чуть не озвучиваю я.

За всё это время я увидела катастрофически мало покровителей.

Они сокрушают. Но что бы было с замком, если бы каждый из них взял непозволительный отгул? Отсутствие пространства? Наверняка власть решает этот вопрос с помощью магии хранителей.

Будто обшарив мои мысли, появляются покровители. Мужчина, который вчера принёс мёртвую девушку на руках, одет в железные доспехи. Позади него стоит ему подобный, который крайне отличается своим видом: алая рубашка держится на одной пуговице, со рта разит перегаром, и он едва сосредотачивает взгляд на Грэме.

Я дёргаю носом и отворачиваюсь: «аромат» недавно выпитого алкоголя отвешивает мне знатную оплеуху.

– Приветствую, – здоровается Грэм. Мужчина отвечает ему тем же самым. – Зейн, зайдёшь позже ко мне, – обращается он к пьяному.

– Без проблем, дружище, – отвечает тот веселящим голосом.

Они не тратят время на формальности, и мы с Грэмом поднимаемся на этаж выше, а затем заворачиваем в полностью поглощённый мраком коридор. Здесь несколько дверей и каждая из них приоткрыта.

Звуки стекающей по трубам воды смешиваются в один и становятся похожими на шум волн, толкаемых ветром.

Я стараюсь сокращать расстояние между мной и Грэмом, чтобы не затеряться в непроглядном лабиринте. Когда он открывает железную дверь, та противно скрипит.

– Душ общий как для мужчин, так и для женщин. Когда закончишь, жди меня, ясно?

Приятные новости в приятный день после приятного сна!

– Да, – я натягиваю фальшивую улыбку и продвигаюсь в самый конец.

Я открываю тяжёлую ониксовую дверь в кабинку душа. Кто-то незадолго принимал здесь душ – пахнет мускусом и сандаловым деревом.

Я смываю с себя весь пот, всю грязь и пыль.

Начинается другая жизнь. Мне хочется убежать от неё каждый раз, когда я задумываюсь о доме. Разбавление рутины всегда удручали меня, а сейчас я это ненавижу. Новая жизнь пугает меня и одновременно чем-то манит. Влечение к силам, власти заставляет стыдиться себя.