Новая весна

 – Ишь чего удумала, дубина пустоголовая! Я твоему отцу обещал внуков твоих нянчить, а ты чего творишь?!

– Каких внуков, что ты несешь, – качнула задеревеневшей головой Вера. – Не будет никаких внуков. И меня не будет.

– Ладно, – легко согласился он. – Тогда не жалуйся. Я тебя по человечески просил.

Натужно крякнув, дядя Коля схватил Веру за правую ногу и потянул ее к дому. Но старик явно не рассчитал свои силы. Поскользнувшись на подтаявшем снегу, к вечеру взявшемуся ледяной коркой, он смешно взмахнул руками, с размаху рухнул на спину и затих.

– Дядь Коль, ты там живой? – забеспокоилась Вера и скосила глаза в сторону, где только что кряхтел от натуги старик. – Дядь Коль, ты чего молчишь? С тобой все в порядке?

Забыв о том, что еще секунду назад собиралась умирать, Вера поднялась на колени и подползла к своему спасителю. Теперь он нуждался в помощи гораздо больше, чем она.

– Кажись, я руку сломал, – то ли от страха, то ли от боли блеклые глаза старика стали удивительно большими. Они смотрела на Веру с каким-то детским изумлением и девушка непроизвольно ему улыбнулась.

– Не сочиняй, ничего ты не сломал, – глядя на него сверху вниз, уверенно заявила Вера.

И оказалась неправа. Каждое движение вызывало у старика резкие боли. Он то слабо постанывал, то кричал. Девушка помогла ему подняться и дойти до дома. Там она стянула со старика жалкое подобие пуховика и расстегнула рубаху.

Правое плечо дяди Коли было страшно заломлено назад и опухало прямо на глазах.

– Дядя Коля, ты присядь пока, а я быстренько до магазина и назад, – шумно сглотнув, сказала Вера.

– Я ж говорю – сломал, – гордо сообщил дедок и, откинув назад неухоженные седые волосы, важно прошествовал к дивану.

Карета скорой помощи приехала почти через два часа. К тому времени от нестерпимой боли старик успел покрыть тройным матом Веру, всю свою родню, всех деревенских и уже добрался до государственных чиновников. Белый, как стена, он орал густым басом, столь ему несвойственным, и грозился залезть на стену, если через две минуты боль не утихнет.

Когда деда, наконец, увезли в больницу, Вера даже испытала некое подобие радости. Но уже через секунду весь груз пережитого сегодня обрушился на нее с новой силой. Девушка угрюмо побрела в сарай, куда убрала тело Дружка.

Густая шерсть пса слежалась тугими катышками. Верина рука непроизвольно потянулась к ножницам, которые висели на длинном гвозде, вбитом в деревянную стену.