Баллада об озере Правды

Карлетт и Марона смеются с его слов.

– Не стоит воспринимать карты буквально, – улыбается Карлетт. – Чаще всего их смысл нужно понимать сквозь призму.

– Именно, – кивает Марона и обводит всех взглядом. – Кто следующий?

* * *

Карлетт находит Марону в её кабинете. Заваленная кипами бумаг, ведьма не замечает как воск от догорающей свечи капает на важные документы. Сам кабинет маленький, стены заставлены книжными стеллажами, около стола примостился одинокий стул так же заваленный бумагами и свёртками.

Карлетт пару раз стучит кулаком по двери, привлекая к себе внимание. Марона отвлекается от бумаг и улыбается, завидев подругу. Она зазывает её рукой и звенит в колокольчик. В дверях тут же показывается служанка.

– Принесите черничный чай и печенье.

Служанка кивает и уходит, а Карлетт подходит ближе к столу, освобождая себе место на стуле и присаживаясь. Марона начинает суетиться, убирая документы со стола.

– Прости, – говорит она. – Чем ближе инициация, тем больше на меня наваливается дел. Не успеваю разобрать одно, как приходят с ещё десятью.

– Неужели дела в Акрате настолько плохи? – спрашивает Карлетт, беря листок из какого-то отчёта и быстро пробегаясь по нему глазами.

– Нет, конечно нет, – машет головой Марона. – Это мелкие дела, которые не требуют особой вовлечённости, но их слишком много. Кто-то подрался, кто-то что-то у кого-то украл, где-то потерялась собака.

– Но голова болит у тебя, разумеется не из-за них, – улыбается Карлетт.

Раздаётся осторожный стук. Служанка вносит поднос с чаем, ставя его на край стола и разливая напиток по чашкам, затем кланяется и уходит, тихо прикрыв за собой дверь.

– Разумеется, – кивает Марона, поднося к губам фарфоровую чашку. После глотка на языке остаётся лёгкая кислинка. – В последние дни становится всё неспокойнее. Будто нарочно перед инициацией случаются какие-то неприятности.

– Ты думаешь это всё взаимосвязано? – спрашивает Карлетт, засовывая в рот печенье.

– Подозреваю, – кивает Марона. – Всё происходит как по сценарию. К тому тот чиновник как оказалось, был замешан во взяточничестве и связях с вителийской аристократией.

– Подозреваешь, за этим кто-то стоит? – хмурится Карлетт.