Игра с огнем

Внезапно он швырнул лопату в Лиама, рванул на себя дверь пикапа и пытался завести двигатель. Пару минут они боролись, затем, не помня себя от ярости, Лиам приставил дуло к виску Инмана и прорычал:

– Дернешься еще раз – пристрелю.

Подоспевший Джейкоб надел на Инмана наручники.

* * *

Пэйтон Уэйс смотрела вечерние новости в комнате отдыха для персонала в доме для престарелых «Золотые сады». Покинув больницу Уистлера, она устроилась на работу сюда, чтобы присматривать за матерью, и, надо сказать, буквально не спускала с нее глаз.

Внизу экрана проплыла бегущая строка «Последние новости», затем раздался голос репортера:

«Сегодня специальный агент Лиам Маверик и шериф Уистлера Джейкоб Маверик задержали человека, подозреваемого в поджоге больницы пять лет назад, Барри Инмана».

На экране появилась фотография худого мужчины с длинной бородой.

Барри Инман выглядел побежденным и измотанным до предела. Казалось, от того человека, что стоял у кровати жены и молил врачей спасти ее, осталась одна оболочка.

Пэйтон в который раз охватило чувство вины. Сколько жизней было отнято или разрушено в тот день…

Действительно ли Барри поджег больницу?

Она вспомнила телефонный звонок с угрозой. Кто бы это ни был, он хотел замести следы, скрыть совершенную ошибку. Имел ли к этому отношение доктор Батлер? Поверить в это было трудно. Когда Пэйтон только начала работать, он взял ее под свое крыло. Был всегда добр и терпелив.

Пожар начался возле архива; там хранились и все текущие истории болезни пациентов. Если в них и были доказательства правоты Инмана, они обратились в пепел.

Подозрения, подспудно терзавшие ее пять лет, вдруг пробудились с новой силой. А потом Пэйтон испугалась. Если человек, угрожавший ей, узнает об аресте Инмана, он может подумать, что она «раскрыла рот».

Ее сердце часто забилось.

Надо проверить, как там мама. Ее безопасность – это единственное, что имеет значение.

Лиам пристально смотрел на Барри Инмана.

Он прятался не просто так. И Лиам с Джейкобом намеревались выяснить, почему он это делал.

– Я не устраивал пожар, – устало огрызнулся Инман и запустил пальцы в бороду. – Я вам уже сто раз говорил. Вы не имеете права держать меня здесь.

– У нас есть право, – возразил Лиам.