ВИНА

Раиса Ивановна настигла его и зависла, угрожающе вскинув руки.

Старик зажмурился и, не имея возможности вылезти, закрутился в ящике, завертелся и выдернул из из-под себя первую попавшуюся бутылку.

– Это вам! Милейшая мадам!

Женщина нахохлилась.

– Что это?

– Святая вода! Русский стандарт. Приготовлена на Ладожской воде в условиях Валаамского монастыря.

– Водка, что ли?

– Она самая!

Женщина смягчилась.

– Мерси.

Она взяла бутылку и порозовела.

Не вставая из ящика, старик пошарил за спиной и вытащил другую бутылку, красивую, как флакон из-под духов в хрустальной огранке.

– Вот это передайте Леоре Израилевне. Арак “El Namroud” – израильский спиртной напиток. Не обжигает горло, имеет сладковатый привкус и тонкий аромат аниса.

Кряхтя и охая и опираясь на руку Петра, он выполз из ящика и раскрыл его пошире. Выволок громадную бутыль литров на двадцать и поставил перед покупателями.

– Это буза. Татарский национальный напиток, – он утёрся рукавом. – Изготовлена методом брожения с использованием лучших сортов канадской пшеницы.

Эйнштейн оглядел покупателей и, потерев руку о руку, довольно заключил:

– Всё! Теперь я от вас свободен.

– Как же «Всё»? – с едкой иронией подметил Пётр. – А где моя бутылка?

– Вам не положено, – сухо отрезал Эйнштейн.

– Почему не положено?

– Вы не виноваты.

Глянув недоверчиво, Пётр подумал, что старик набивает цену. Спорить не стал. Решил сам разобраться с винОй.

Прошёлся вдоль стеллажей, рассматривая раритеты, среди которых были горячительные напитки, испробованные великими алкоголиками: Черчиллем, Хемингуэем, Ельциным, Стивеном Кингом и другими.

Пётр выбрал набор “Дайкири”, некогда принадлежавший Джону Кеннеди, тридцать пятому президенту США.

“Никто не виновен, пока не доказана вина”, – вспомнил он изречение Кеннеди. И, оставив десять десятитысячных купюр на прилавке, свободно вышел из магазина.

Пусть что-нибудь докажет, что он виноват в эпилепсии, приобретённой Антонио.

– Эй! Молодой человек! – выкрикнул ему вслед Эйнштейн. – Не берите на себя чужую винУ.

Пётр не удостоил его ответом. Он уходил и уносил набор для коктейля, который некогда принадлежал Джону Кеннеди.

Выйдя на свежий воздух, Пётр позвонил Иванову. Тот оказался в Лондоне. Тогда он позвонил Петрову. Тот оказался в Нью-Йорке, а Сидоров был в Сингапуре, а Романов на Канарах.