ВИНА

– Ты ничего не попутал? Приятель!

Ошарашенный Пётр возвысился над кроватью. Мальчик испугался и натянул одеяло на голову.

– I'm scared. Can I stay with you[3 - Мне страшно. Могу я остаться с тобой (англ.).]?

Пётр откинул одеяло.

– Вставай. Иди к родителям и объясни, что тебе страшно, что ты боишься оставаться один.

– No, no. Mi lasciano sempre solo. Sono sempre costretto a sopportare la paura[4 - Нет, нет. Они всегда оставляют меня одного. Я всегда вынужден терпеть страх (итал.

).].

Мальчик свернулся калачиком и затих. Сердце мужчины дрогнуло. Он вспомнил, как в детстве боялся темноты. Родители были строгими, они оставляли его одного и выключали в комнате свет.

Ему стало жаль пацана.

– Что с тобой делать?

Мальчишка вытаращил глаза.

– Спеть тебе колыбельную?

– Si.

В помещении было холодно. Отопительный сезон ещё не наступил. Пётр присел на краешек кровати, поправил сползшее одеяло и тихонько запел.

– Спокойной ночи.

Спать спокойно…

Он спел так, как бы спел своему сыну Джон Леннон. В этом было что-то трогательное и очень человеческое: русский бизнесмен, уставший от одиночества, спел колыбельную песнь обиженному итальянскому мальчику.

Незаметно подкрался сон, ввёл мальчишку в состояние невесомости и, расслабленно улыбаясь, он крепко уснул.

Пётр уселся в кресле и открыл ноутбук. Проверил электронную почту, отправил пару мессенджеров, ознакомился с экономическими новостями, сделал пометки в дневнике, позвонил управляющему и спланировал будущий день.

Заснул тут же. В кресле. Таком же старом и огромном кресле, как сам средневековый замок.

Проснулся в семь. Антонио уже не было. Принял душ, побрился, оделся и спустился на завтрак. Болела голова. Хромало настроение. Он выругал себя за то, что не выспался. А впереди был день, от которого намеревался получить удовольствие.

Выпив крепкий кофе и закусив омлетом, он поднялся в номер.

Каково же было его удивление, когда у дверей своего номера он обнаружил Антонио! Это показалось ему невежливым, навязчивым и крайне нежелательным.

Но он всё же уступил, впустил мальчика в комнату. Ребёнок не виноват. Он не понимал, что у взрослого поменялось настроение, что он не хочет играть в доброго сентиментального дядю, который укладывает спать и поёт колыбельную.

Мальчик вошёл в номер, расположил на столе ноутбук и включил запись «Linkin Park».