Здравствуйте, я ваша смерть!

До смерти, если это уместно употребить здесь. А впереди еще было около двухсот лет…

– И что от меня требуется?

Лусмус улыбнулся.

– Всего-то мелочь. Убить кое-кого.

– Убить? Вы имеете ввиду кинжалом? Ядом? Задушить подушкой?

– Ди, не рви мой последний нерв. Ты прекрасно знаешь, что я имею ввиду. Ты должна будешь прервать земную жизнь одного человека.

– Но у меня нет инструмента… – кашлянула я. – Косы.

– Я дам тебе свою.

Сегодня точно день удивлений. Потому что Лусмус никому и никогда косу не доверял.

Да и никто из Смертей этого бы делать не стал. И если уж он решился мне ее одолжить, то дело явно серьезное.

– Почему вы сами не можете справиться с ним? Не можете же, да? Я нужна потому, что я не смерть, ведь так? Но зачем?

– Ты задаешь слишком много вопросов? – мужчина поморщился. – И ни на один из них я не могу тебе дать ответ. Но жду его от тебя. Ты согласна или нет? Это твой шанс вернуть себе свободу. И твой шанс… стать одной из нас.

Коса у Лусмуса была хорошая. Древко из красного клена, рукоятка обита для удобства темной кожей, а сама она – из дамасской стали.

Мой босс настолько трясся над ней всегда, что бережно убирал после работы в чехол, а потом запирал в персональный шкафчик. А ключ всегда носил на шее.

– Держи, – отрывая от сердца, протянул мне мужчина свое сокровище. – Как пользоваться же знаешь?

– Нет! – честно призналась я.

Все те три года, что я провела здесь, я занималась бумажками. “На дело” Лусмус меня брал всего несколько раз. И то я была лишь наблюдателем происходящего, весьма скверным, ибо все время отворачивалась.

Не боялась. Просто сердце не выдерживало смотреть, как из людского тела утекает жизнь.

Лусмус тяжело вздохнул, возводя глаза к потолку нашего с ним кабинета.

– Всему тебя учить. Вот, смотри, берешь, расчехляешь…

– Ээээ! Нет! Погоди, босс! – в ужасе закричала я. – Ты же не хочешь сказать, что я прямо сейчас отправлюсь на свое первое убийство? Может, ты мне сначала покажешь на примере? Постоишь рядом со мной пару раз, за ручку подержишь, косу подправишь?

Но судя по печально-заунывному выражению лица Лусмуса именно все мои худшие подозрения являлись неотвратимой реальностью.

Мне придется сделать это впервые самой, без всякой подготовки и моральной поддержки.

– Скажите хотя бы, он, этот мой клиент, старый и страшный? Уже старикашка, который замучил до смерти шестнадцать жен?

Лусмус вздохнул еще горше.

– Он уже не молод… – уклончиво произнес мужчина.