Семь невест. Кицунэ в подарок

Нужно хотя бы немного распахнуть его, чтобы потрогать кожу, а не одежду.

Поискала глазами завязки странного одеяния, но не нашла. Выругалась про себя, сетуя на то, что время уходит, а Иошинори до сих пор неударенный лежит. Вздохнула, рванула ткань на себя и заорала.

Моя ладонь оказалась лежащей на идеально гладкой мужской груди, на которой отчетливо выделялась ярким золотистым свечением татуировка в виде оскаленной лисьей морды. Но самое жуткое было в том, что татушка была явно живая. Потому что натурально так щурила глаза и щерилась пастью с хорошим набором острых клыков.

Именно в этот момент над моим ухом раздался еще один визг. И тоже женский. Обернулась и едва не заплакала. Рядом со мной, в дверном проеме, с разъяренным выражением на лице застыла черноволосая красотка-с-пруда.

Глава 3

Вот явно не мой день! При моем полном невезении по жизни, сегодня выдалось поистине кошмарным!

– ШИИИИИИИИИИИИИН! – надрывалась девица, склонившись над бездыханным телом. – Ты убила его! Убила!

Я рыдала здесь же, неподалеку, размазывая мутные слезы по щекам и не знала, что делать.

Перекардиальный удар уже поздно, а похороны предложить вроде как еще рано.

– Но как он умер? – попыталась все же узнать я, прежде, чем окончательно впасть в отчаяние. – Он же – типа бог? Или мне показалось? Значит, он должен быть бессмертным…

– Он и есть бессмертный! Но в этой шкатулке, что ты уронила, находилась концентрированная субстанция из иллюзий! Теперь Иошинори ни за что не выбраться из собственных мыслей! Потому что он навеки погряз в собственном воображении… Обычно страдает тот, кто первым вдохнет зачарованный дым… – заплакала женщина, а мне на миг стало ее жалко.

Иошинори вдохнул глюкогенный дымок по моей вине! А этот мужчина, видимо, действительно ей дорог! Вот и докатилась я, Фрося Зубарева, до настоящих неприятностей… А все из-за чего! Из-за моего излишнего любопытства! Не протяни я руку к этой шкатулке, ничего бы не было!

Я шмыгнула носом и хотела взять новые ноты в рыданиях и начать себе выдирать фигурно волосы на голове, как меня внезапно смутила одна мысль.

Разве можно объявлять человека мертвым, если он всего-то на всего застрял в собственной голове? У нас тоже есть такие люди! Отдыхают в комфортабельных палатах с мягкими стенами и улыбчивыми санитарами. И бывают из них многие очень даже милые и обаятельные… К тому же, Иошинори со своей манией величия и так не сильно отличается от какого-нибудь “Наполеона” или “Царя Гороха Третьего”.