Харэль Милк пришел за мной. Фея воды

А как же ваша собственная магия? Почему именно вас назначили куратором к стихийникам, хотя ваша магия вроде бы другого рода?

– Для этого ответьте сами на этот вопрос, Джессика… Если смешать все краски, какой получится цвет?

– Черный?

Взмах рукой и вокруг Харэля Милка закружились уже виденные мною при зачислении шары–магические элементали. Еще один взмах и все они соединились вместе, образовав густой темный сгусток со сверкающими фиолетовыми и красными всполохами внутри.

– Для того, чтобы научиться владеть темными энергиями, адептка Кэрис, необходимо в совершенстве освоить все пять стихий… А для того, чтобы научиться владеть хаосом, необходимо эту тьму приручить…

Темный сгусток в руках у мужчины вдруг раздробился на тысячи брызг–осколков, которые закружившись, вдруг приняли очертания молочно–белой лилии.

Восхищенный шепот пролетел по аудитории. Еще один взмах рукой, и лилия, миновав почти всю аудиторию, перелетела прямо ко мне на парту.

Ольфейра даже взвизгнула от восторга.

– Как он это сделал?! Это же высшая магия! Высшая! Из ничего! – прошептала моя соседка.

Больше чудес не было. Куратор рассказывал, на что следует особенно обратить внимание, сказал несколько слов про практику, которая ждет нас в конце семестра.

Когда прозвенел звонок и нас отпустили, мы с Ольфейрой одни из последних покидали аудиторию. Я старалась не смотреть на Харэля Милка, но отчего–то прямо кожей чувствовала, что его взгляд жег лопатки, когда мы покидали аудиторию.

– Он всегда такой? – спросила я у Ольфейры.

– О да–а! – протянула девушка. – Говорят, он настоящий псих, когда дело доходит до темной магии. Он один из тех немногих магов, что сумел ее приручить, словно ручного котенка… Обычному магу никогда не освоить подобное…

– Я про характер, – поморщилась я.

– А–а, это… У него какая–то травма… Говорят, прежде он был очень милым. Впрочем, как и все эльфы.

– Он – эльф?

– А ты его уши длинные что ли не заметила?

Мы засмеялись. Сейчас должен был быть ужин, и мы направились в сторону столовой из которой исходили упоительные ароматы тушеного мяса и овощей.

Уже на входе в столовую мы заметили компанию из нескольких парней и девушек. Увидев нас, они преградили нам путь.

– Что–то не так? – спросила Ольфейра.

– Все так, – ехидно отозвалась рыжеволосая девушка в длинном и очень откровенном платье.