Если бы не ты

 – И тут он обернулся, а на моем лице расплылась улыбка. Напряжение последнего получаса спало, и я, не сдержавшись, подбежала и обняла его.

– Лёша! Ты! Как же я испугалась! Думала, это вор! Откуда у тебя ключи?

– Геннадий дал. Сказал помочь тебе перевезти вещи, но не знал, дома ты уже или нет. – Леша встал и внимательно оглядел меня. – А ты подросла, мелкая!

– А ты вообще шкаф! Точно бандюга!

– Ладно, хватит, иди, еще обниму. Я скучал!

Он скучал?! Я точно не ослышалась?! Но сейчас, глядя на него, поняла, что тоже скучала.

Мне не за что было на него злиться. Пусть в детстве мы так и не стали близкими друзьями, но и плохого Леша мне никогда ничего не делал. За это время он мало изменился – все такой же высокий, красивый, вот только стал еще шире в плечах. И взгляд! Если раньше он казался мне ледяным, то сейчас в его серых глазах светились веселые, лукавые искорки.

– Ксюш, давай поговорим, а? Знаю, болтать по душам нам раньше не приходилось. Я был еще тем засранцем, да и ты мелкой занозой, сама знаешь, где.

Но сейчас послушай меня, ладно!?

Когда первые эмоции спали, мы с Лешей перебрались на кухню, где решили выпить еще по одной чашечке кофе. Мне захотелось его удивить, и я старательно выводила рисунок на молочной пенке.

– Ладно, слушаю. И, кстати, занозой я не была, а вот ты… – Но Леша меня не дослушал.

– Ксюш, ты сердишься на нас всех, я знаю. У тебя на это есть причины. Я бы тоже сердился, даже больше, чем ты. – Голос Леши стал серьезным.

– Тебя Гена попросил со мной поговорить?

– Нет, скорее, наоборот. Я уже говорил и отцу, и Геннадию, что если бы ты была в курсе, совершала бы меньше глупостей. Мне никогда не казалось правильным делать все за твоей спиной, но, глядя на твою маму, понимал, что отчасти отец был прав. Чем ты дальше от нас во всех смыслах, тем целее.

– Что с моей мамой не так? Почему ты так странно говоришь?

– Ксюш, я тебе все сейчас расскажу. Все, что знаю. Но при одном условии…

– Каком?

– Ты не будешь жить одна, ладно? Не хочешь с Геннадием – не надо.

Можешь переехать ко мне, я пару месяцев точно буду в городе.

– Рассказывай! – Рисунок на «капучино» был безвозвратно испорчен, но, чтобы узнать о маме, я была готова дать любое обещание.

22. Откровение

Наш разговор с Лешей затянулся на несколько часов. Конечно, со слов Гены я многое уже знала, но не верила ему до конца. Моё недоверие разбил вдребезги Леша, рассказав о маме.