На перекрестке двух дорог

Чувствам нужно было вырваться наружу. Как, если не через душераздирающий плач? В последние годы далеко не первый и вряд ли последний.

Чай безнадежно остыл, поэтому, вытирая красные заплаканные глаза, Рита взяла чашку и отправилась на кухню, чтобы подогреть чайник. Девушка понимала, что выглядит не лучшим образом. Хорошо, что никто ее не видит. Она долила в чашку кипяток.

– Необходимо уехать отсюда!

Рита все больше обдумывала идею бросить этот дом. А вместе с ним все воспоминания: и плохие, и хорошие.

– А теперь я пойду спать, – сказала она самой себе.

Вечера Маргарита не любила. Они всегда заставляли зябко ежиться и грустно вздыхать. Выйдя в коридор, девушка задержалась у лестницы, положив руки на перила. Пальцами погладила рельефную балясину, почему-то не в силах заставить себя подняться. Ноги подкашивались от только что пережитого волнения.

Сначала Рита подумала, что ей показалось. Воспаленный разум мог подсунуть любое видение, но на этот раз были ясно слышны шум колес и скрип снега. Самая страшная галлюцинация – та, которую ты хочешь.

Потому что сладостная неправда губит сильнее всего. В дверь постучали. Так нерешительно и осторожно, что у нее затрепетало сердце. Она медленно, боясь спугнуть это расплывчатое наваждение, подошла к входной двери, со страхом потянув ручку. Частое дыхание – Виктор замерз и запыхался.

– Прости, в метель до тебя добираться очень долго, – выпалил он. Взгляд его останавливался то на помятой одежде, то на заплаканном лице. Детектив нерешительно переминался на пороге.

Холодные порывы ветра вывели Риту из оцепенения. Она впустила гостя. Виктор шагнул в неповторимую атмосферу этого дома, чувствуя, как все внутри него меняется. Он неотрывно следил за девушкой, ловя каждое ее прерывистое и неловкое движение. И не мог наглядеться.

– Ты позвонила так неожиданно, – он попытался поймать ее взгляд, но Маргарита старательно этого избегала, – думал, ты давно меня забыла… Эй, милая, я скучал.

А как же скучала она! И каких усилий стоило не броситься прямо сейчас ему на шею.

– Я, – Рита запнулась, глаза снова начали слезиться, – я не могу без тебя.

Эти слова дались ей с большим трудом, но послужили спусковым механизмом для Виктора. Куртка была скинута прямо под ноги, детектив жадно прижал Маргариту к себе, покрывая ее лицо горячими долгожданными поцелуями. Девушка вцепилась в его одежду, боясь, что если отпустит, то этот момент растворится навсегда и больше никогда не вернется. Виктор не забыл ничего.