Состояние – Питер

Особенно витрина.

– Чего же не зашли?

– Сытые были, – кинула в шкатулку нашей кухни жемчужное ожерелье улыбки Белла. Словно пришла с вечеринки и начала сбрасывать с себя ценности, вещественные и духовные.

– Понимаю. – Я поднял руки в знак плена. – На сытый лучше полежать.

Фортуна наступила мне ногу. С любовью.

– А что там? – зацепило Альберта.

– История гастрономии.

– А при чем здесь клубника?

«Ничего ты не понимаешь в клубничке, Альберт. Рано тебе на оперу».

– Когда-то из такой вот клубнички вырос целый универсам, – откусил я от ягоды.

Первый бизнес крепостного в мире. Занесен в Книгу рекордов Гиннесса. Шучу. Но красивая легенда всегда притягивает как шоколад. Вся история елисеевского рода всегда начинается именно с этой семейной легенды, по сюжету которой первый «маркетинговый ход» простого крепостного садовника вылился в большой первый успех будущего купца.

Как обычно в XIX веке без графа Шереметьева не обошлось. Представьте себе: зима, Рождество, а местный садовник подает ему на стол, что вы думаете? Правильно, клубнику, – проглотил я на одном дыхании еще одну ягоду.

«Проси что хочешь?» – был очарован таким подарком граф. Так получил садовник вольную.

– Вместе с женой, – добавила Фортуна, которая уже не первый раз слышала эту историю.

– Ты права, дорогая, с женой какая вольная? Долго гулять не дали. Сначала они вдвоем торговали на Невском апельсинами, на вырученные деньги выкупили из рабства родного брата. Ну, а потом пошло поехало: первый магазин, второй, пятый.

Здание построено в купеческом модерне, – перевел я интонацию и голос на канцелярский гидовский. – Так же как и Дом Зингера.

– Мы там были, – закивал в знак понимания Альберт. – Белле книгу искали по работе.

– Нашли?

– Нет.

– Наверное, купили в итоге календарь с видами Питера.

Альберт и Белла переглянулись.

– Откуда вы знаете?

– Это легко. Я же провидец. Вам разве тетя не рассказывала?

– Экстрасенс?

– В некотором роде.

– В каком? – заинтересовалась Белла.

Фортуна смотрела на Беллу: «Какая она юная. В глазах еще ни одной тоски».

– В основном в женском, – рассмеялся, спрятав от нее глаза. – В коридоре из вашего пакета торчал наступающий год.

– Чувство долга, – пригубила чашку с чаем Белла.

– Перед будущим?

– Перед Питером. Будем смотреть и вспоминать.

– Вместо телевизора, – продолжал веселиться Макс.