Девушка по имени Москва

Привязался я, – улыбнулся мило Мефодий.

– Вижу, ты тоже огрызаться научился.

– Я мирный. Это он – кусаться. Да и ты с ним агрессивнее становишься.

– А что ты хотел, такое напряжение в мире. Сорвал цветок – и нет цивилизации. Технологии. Помнишь, как в их песне: «Нажми на кнопку – получишь результат».

– Не, я такое не понимаю.

– Апокалипсис – это и есть результат всякой цивилизации, – заключил Кира.

– Я про музыку, старье какое-то слушаешь.

Кирилл сделал вид, что не услышал.

– А вот это я совсем не понял:

– Мне надоело целыми днями смотреть на нажратого корейца, который бросался пустыми банками из-под пива в капитана корабля.

– В данном случает кто-то очень хочет поиграть в войну. Но ракеты не долетают. Спекуляция чистой воды. Многие этим живут. Берут дешевку, делают тюнинг и продают втридорога.

– А вот это: Напротив в купе сидела семья пшеков. Дедушка долго, кропотливо расставлял на столике фигурки оловянных солдатиков, а мальчик валил их одного за другим и весело смеялся.

– Читал. Это история.

– Что за история? Дедушки и внука?

– Новейшая. Точнее сказать – эхо войны в новейшей истории. Поляки снесли памятники советским воинам, которые воевали вместе с их польскими дедами во Второй мировой.

– Зачем?

– Политика. Знаешь, что такое политика?

– Проверяешь? Политика – это идеологическая биржа, которая может влиять на курсы всех остальных валют.

– Зачет. А кто такие политики? Только своими словами.

– Политики – маклеры, рабы этой самой биржи.

– Пять, – поднял вверх свою пятерню Кирилл. – Вот и с историей то же самое. Все переписывают ее на свой лад. Раньше истории пересказывали, теперь переписывают. На чистовик, каллиграфическим почерком, без помарок. А чтобы ни у кого не оставалось сомнений в достоверности, талдычь об этом целыми днями, у кого больше громкоговорителей – тот и герой. А все из-за того, что одни не могут простить победы другим.

– Какие победы? – посмотрел заинтересованно Мефодий на шефа.

– Любые – военные, политические, экономические. Будь то война или открытие космоса.

– Думаешь, левое мстит правому за Сталинградскую битву и за Гагарина?

– Еще как. Царапины на Рейхстаге не дают покоя. Что говорить о победах стратегических, когда даже спортивные стоят комом в горле, – нашел рукой свой кадык Кирилл, показав тем самым, как знакомо ему это чувство.