Солис

Целитель садится на колени, осторожно протягивает руки к фотону, в его ладонях разгорается искорка. Она освещает всё вокруг, она питает остатки надежды. Душа постепенно светлеет, она растёт, но робко и с опаской, однако со временем крепчает. Любовь, выжившая в этой душе, помогает окутать сияющим кольцом остальных. Измученные, раненые фотоны растворяются в этом сиянии, питаются им, в них просыпается свет.

Целитель рядом со мной – с начала дозора, мы сражаемся плечом к плечу, сколько себя помним. Среди воинов мало целителей, они помогают не только фотонам, но и нам самим, когда мы теряем связь с потоком или получаем ранения.

Ведь некоторые встречающиеся в Коридоре души не только теряют свет, но и могут убивать его в других – это воины тьмы.

Раз, два, три…

Я открыла глаза ещё до будильника. На часах 6:59. Я отдохнула, пусть и поспала совсем ничего. Усталость прошлого дня ушла бесследно. Удивительно. Сегодня и позавтракать нормально успею. Посмотрела на телефон, тот коротко брякнул уведомлением о пришедшем сообщении:

«Прошу прощения за мою вчерашнюю бестактность, наверное, я был шокирован героическим (заметь) спасением тебя, надеюсь ещё хотя бы раз попробовать твоих незабываемых бутербродов.

Артём».

Я улыбнулась. И когда он только успел раздобыть мой номер телефона? Заглянула в исходящие звонки и обнаружила незнакомые цифры, видимо, Тёма набрал его, пока я возилась на кухне.

Написала ответ:

«Ты приносишь продукты, я готовлю!»

На скорую руку сообразила себе омлет с помидорами и ветчиной, слопала его, урча от удовольствия.

Сбегала в душ и через двадцать минут я, довольная жизнью, уже неслась в университет.

Энергия во мне выплёскивалась через край, отчего Катька смотрела на меня с опаской:

– Ты, случаем, на энергетики не подсела? – с подозрением прищурившись, спросила подруга и закрыла собой стол с прототипом нашего изобретения. – Не подходи близко к микроскопу! Вдруг ещё бомбанёшь!

– Я всего-то выспалась! – улыбнулась в ответ.

– Меня пугает твоя активность.

Ты точно не взорвёшься? – Катька демонстративно прикрыла голову руками. – Где мой любимый вредный тролль?

– Не дрейфь, Тимофеева! Всё под контролем!

Остаток дня я продолжала пугать всех своим (в лёгкой степени) бешенством. Роберт Иванович простил мне вчерашнюю апатию и, наверное, был единственным сотрудником лаборатории, довольным моей сегодняшней активностью.

К вечеру я без сил приползла домой. Мысленно отругала себя за то, что не научилась дозировать ресурсы.