Искупление

Он был из тех, кому не следовало переходить дорогу, и это большими буквами было написано на упитанном кирпично-красном лице с вечно самодовольным выражением. Девушка, стоявшая рядом с ним, была невысокой и очень худенькой, одетая в простые брюки и серый, почти ученический пиджак. Серьёзное выражение юного лица пыталось замаскировать волнение, которое сквозило, казалось, из всего её облика. Длинные каштановые волосы были распущены по плечам. Огромные зелёные глаза.

– Так, Вячеслав Гаврилыч, принимай пополнение в наши доблестные ряды, – добродушно прорычал Душков.

 – Прошу любить и жаловать, лейтенант Киртаева Ксения Владимировна, твой преемник, а пока стажёр, которому ты передашь свои дела.

В кабинете повисла напряжённая пауза. Лесников так резко затянулся сигаретой, что горящий кончик испепелил половины сигареты. Пауза становилась всё более напряжённой, и молодая сотрудница полиции каким-то неуверенным нервическим движением длинных пальцев теребила край своего пиджака.

Душков стоял абсолютно невозмутимо, такое же выражение всегда было на лице старого металлического шкафа в кабинете Лесникова.

– Забавно, – наконец еле слышно произнёс Лесников, и Душков сразу напрягся – это был верный признак того, что Лесников сильно зол: всегда говорил слово «забавно» и говорил всегда еле слышно так, что можно было услышать клокотавшую внутри него злобу. – Девочка, выйди на пару минут в коридор, поболтай с новыми сотрудниками, а мы пока кое-какие детали твоей будущей работы обсудим.

Киртаева вспыхнула, бледное лицо начало пылать пунцовым румянцем, и она готова была сказать уже пару ласковых словечек этому старому менту, но потом посмотрела на застывшего Душкова, который незаметно кивнул, и она молча вышла из кабинета.

За кабинетом Лесникова размещался только унылый серый коридор с дверьми по обе стороны. Иногда из дверей выходили люди в форме или гражданской одежде.

Киртаевой хотелось уйти подальше от кабинета Лесникова, чтобы не слышать и даже не подозревать того, чего он о ней там говорит.

– Может, потрудишься мне объяснить, какого хрена ты тут фортели выкидываешь? – хрюкнул Душков, оставшись наедине с Вячеславом Гавриловичем. – Что это за выходки, я тебя спрашиваю?

– Вот-вот, и меня этот вопрос заинтересовал, – съязвил Лесников.