Холст

И действительно, зачем красить стены в белый, если естественный цвет деревянных брусьев, из которых сложен дом, гораздо соблазнительнее выглядит? Такова задумка неизвестного, который вовсе не покрасил стены, а искусно натянул по всей стене белую пленку. На самом же полу, от стены до стены, были изображены белые полосы, которые соединяли картины, висевшие на правой и левой стороне помещения. «Или это такой взгляд художника, или полосы нарисованы для того, чтобы посетители не прошли мимо картины», – призадумался Сергей, ненадолго остановившись у входа.

Выставка пестрила прямыми линиями, кубическими формами, геометрическими фигурами. Даже были изображены лица, нарисованные из треугольников и прямых линий. Такое разнообразие форм, особенно после просмотра картин с кухаркой, готовящей борщ, несомненно ввела обоих в ступор. Что и создало небольшую пробку на входе в экспозицию «Геометрический реализм». Мужчина в бежевом пиджаке и в пенсне вывел их оттуда, сказав что-то типа «Вы тут не на ярмарке»и обоими ладонями мягко подтолкнул Сергея внутрь.

И тут началось метание дикой собаки между тарелками с едой. С несвойственной для посещения музея скоростью, они перемещались из одной части зала в другую, ходили по белым линиям на полу, не останавливаясь надолго ни у одной картины, и не обсуждали их.

Их блуждания по экспозиции художника Ефима прекратились мгновенно, как только Сергей остановился так резко, что Мария наступила на его пятку. Привлекшая его внимание картина, наверное, и велела ему остановиться, притягивая подойти ближе и ничего не бояться.

Он встал напротив нее по стойке смирно, как действительно солдат стоит на плацу по стойке смирно.Так, во всяком случае, выглядело со стороны, так видела его любимая спутница.

Они долго простояли напротив картины под названием «Письмо в будущее»,будто других картин и не существовало, как и толпы посетителей, некоторые из которых позволяли себе комментарии«Бред собачий», «Это разве искусство», «Моя трехлетняя дочь нарисует лучше». Для них обоих хаотичное движение толпы осталось в прошлом.

Для обоих пути назад и впрямь уже больше не существовало.

– Милая, а знаешь, – прошептал еле слышно Сергей. – На картине нет текста, конверта тоже нет. И нет даже намека на письмо, а я понял все, что в нем написано. Представляешь, я смог его прочитать, – он бросил на нее благодарный взгляд, полюбовался ею немного и снова устремил взгляд на картину. – Ведь оно адресовано лично мне из будущего, моего будущего.