Подари мне крылья

– А тебя лекарь обследовал? – решила спросить у него напрямую я.

– Да, госпожа.

– Адриана. И что сказал? – поморщилась я от очередной «госпожи».

– Я абсолютно здоров, госпожа Адриана, – не знаю, что при этом он подумал, но его вновь начало трясти, а в глазах отразился почти ужас. И это он здоров?

– Почему ты меня так боишься? – все же не выдержала я.

Понимаю, что еще не время для таких вопросов, нужно дать им всем к себе привыкнуть. Но, в конце концов, почему я должна под них подстраиваться? Да и в принципе считаю, что лучше сразу со всем разобраться.

От этого, казалось бы, простого вопроса, Дилан побледнел еще сильнее, почти посерел. Между тем, чашку, которую так и не поставил на стол, он сжал еще сильнее, отчего откололась ручка.

– Моя любимая чашка, – не успев подумать, что и кому говорю, опечаленно выдохнула я.

Для Дилана это стало последней каплей. Он молниеносным движением опустился на колени, но при этом еще и низко склонился к полу, практически прижавшись к нему лбом.

– Простите, госпожа, я виноват, очень виноват, простите, – принялся быстро тараторить он.

– Я не твой хозяин, издеваться и бить не буду, успокойся, – попыталась воззвать к голосу его разума я.

– Не продавайте меня! Избейте, но не отдавайте! Не смотрите, что такой мелкий – я выносливый, правда, – взвыл от моих слов он.

– За что мне все это? – простонала, уставившись тоскливым взглядом в потолок. Тем временем, истерика парня лишь усиливалась, в голосе явно были слышны слезы, при этом он мне уже практически инструкцию диктовал, как и чем его можно бить.

– Дилан! Замолчи немедленно, – как можно более строго сказала я, пытаясь прекратить это.

Как ни странно, подействовало. Впрочем, чему я удивляюсь – вижу же, что они годами жили, безропотно подчиняясь всем немыслимым приказам, получая наказание за малейшую оплошность. Иначе откуда взяться такой реакции?

Я осторожно присела возле тяжело дышащего парня, тело которого вновь сотрясала крупная дрожь, и осторожно погладила его по волосам, не зная, как еще успокоить.

– Я не сержусь. Бить или продавать тебя за разбитую чашку точно не буду. Черт с ней, потом новую куплю. Да и раз так легко сломалась, значит, уже была с каким-то дефектом. Не стоит так меня бояться. Твой предыдущий хозяин был редкой скотиной с садистскими наклонностями и отвратительной мразью.