Неглавная героиня

Когда два прекрасных юных тела тихо осели на пол, закрыв глаза и отрешившись на время от всего мирского, я просто и без затей влезла в окно и первым делом вылила, к бесам, за окно ту бурду, которую они тут пили. В бокале лиса помимо рисового вина оказалась еще и смесь волшебных трав, рецепт которой мелкая читерша добыла в библиотеке – из дорамы она знала, где целитель лисьего клана держит нужную книгу.

Вот и ладушки. Я вам покажу, алкоголики малолетние, как заряженную водку пьянствовать. Значит, так… для начала вот это.

Я шустро влила паршивцам в рот по ложке интересного зелья, упомянутого в одной из серий буквально мельком, парой слов. Его состав я вытрясла из Сияна и сварила с прицелом на будущее: как чувствовала, что пригодится. Эта чудная жижица цвета увядшей травы, с одной стороны, на месяц избавляет от тяги к вину, с другой – усыпляет крепче крепкого на восемь часов самого буйного пьянчугу, а когда тот приходит в себя, обеспечивает несчастному все симптомы дичайшего похмелья, даже если он прежде имел железный организм и никогда таким не мучился.

Бу-удет детям поутру сюрприз, незабываемые ощущения и легкие дыры в памяти. Надолго запомнят, что такое паленое рисовое вино. А Юань Шуай в другой раз, глядишь, поостережется пить из рук своей Ланлинь неопознанные зелья для разблокирования духовных сил. Даже несмотря на ауру белого лотоса в мозгу.

Так-с… теперь печати. Господи, чувствую себя воспитателем детского садика для извращенцев! А куда деваться? Решила нарисовать иероглиф на заднице – значит, нарисую.

Первым делом взялась за Ланлинь. Разгладив свиток с нужной печатью так, чтобы было удобно срисовывать, перевернула мелкую поганку на живот. У-у-у, нарядилась в традиционные пять слоев шелка, кокетка несчастная, замучилась я ей подолы на голову задирать.

Несколько раз наметила пробные штрихи в воздухе, чтобы исключить вероятность ошибки из-за более выгнутой линии, чем необходимо, и решительно макнула кисточку в баночку со свежеприготовленными особыми чернилами.

Не скажу, что отличаюсь большими способностями к каллиграфии, но то ли тут память нового тела помогла, то ли очень уж велико было желание сделать все как надо, и вскоре на заднице Пылинки красовалась точная копия иероглифической печати со свитка. На несколько мгновений залюбовавшись получившейся картинкой, я подождала пару минут, пока лишняя влага не высохнет, и принялась сплетать потоки ци.

Сиян не зря дал именно эту схему заклинания.