Четвёртое крыло для бабочки

– Поторопись, девочка, – прошептала ближайшая величественная ель. – Мы задержим его, насколько сможем.

– Спасибо, – тихо откликнулась Майя и снова побежала. Иглы уже спрятались обратно в кожу, и двигаться стало легче.

Безустанно оглядываясь, она добралась до небольшой полянки и замерла, не понимая, в какую строну бежать, чтобы не натолкнуться на кордтерра. Деревья переговаривались, взволнованно покачивая кронами, а птицы тревожно хлопали крыльями где-то вверху. Преследователя слышно не было, и Майя позволила себе хоть немного перевести дыхание.

Ноги гудели от нагрузки, снег забился в голенища сапог и, тая, неприятно холодил взмокшие от бега ступни. Накинув капюшон, Майя нырнула в проход между низко опущенными еловыми ветвями, пытаясь продумать свои дальнейшие действия.

Мелькнувшая сбоку тень снова заставила напрячься. Майя не успела увернуться, и водитель сбил её с ног. Хоть кричать она и не могла, испугавшись так сильно, что голосовые связки парализовало, мужчина всё равно бесцеремонно зажал ладонью рот.

Пытаясь вырваться, она укусила мужчину за ладонь, и тот, снова выругавшись, резко отдёрнул руку. А затем замахнулся. Наступившая темнота показалась спасением, и Майя с готовностью в неё погрузилась.

***

Зазвенел телефон. Майя привычно потянулась за ним, но всегда стоящей у кровати тумбочки не оказалось. Неохотно открыв глаза, девушка увидела уже знакомого водителя. Тот отключил звук мобильного и откинулся на спинку стула. Очередной кошмарный сон оказался явью.

Мужчина надменно рассматривал Майю, сложив руки на груди. Тёмные волосы спадали на лоб, а прошитые глаза, налившиеся от недавней аварии кровью, казались в полумраке почти красными.

Кордтерр, заметив, что Майя очнулась, достал из кармана балахона пачку и, вынув одну сигарету, закурил.

Взору представилась маленькая комнатка с низким потолком. Судя по крошечному окну под потолком, она располагалась где-то в подвале. Интерьер был довольно скуден: кровать, на которой Майя и лежала, одинокая тусклая лампочка, качающаяся на длинном проводе, стул с восседающим на нём похитителем, и дверь над каменной лестницей.