Четвёртое крыло для бабочки

Столь рьяное упорство не могло не вызвать уважение – Юля шла напролом к цели. В то же время, это пугало: зависимость закачалась на границе с неадекватностью.

Позже мама упомянула, что таких, как Майя и Юля, было немало, и все они верили обаятельному голубоглазому Денису Кречетову – завсегдатаю школьных соревнований и несомненному лидеру среди молодёжи. Просто Юля оказалась самой настырной.

Майя не винила бывшего возлюбленного, и не держала на него зла. По крайней мере, сейчас, спустя долгие годы.

А тогда она плакала, конечно, обнимая подаренные Денисом мягкие игрушки, рвала письма, сожгла парную футболку, сделанную на заказ. Денис продолжил писать и после женитьбы, но Майя, тяжело переносившая случившееся, не открыла больше ни одного письма, а вскоре уехала в столицу. Со слов отца, письма приходили ещё почти год. Но в итоге то ли Денис сдался, то ли обрёл, наконец, совесть.

Грустно улыбнувшись воспоминаниям десятилетней давности, Майя с сомнением подёргала решётку. Она не была уверена, что старые деревяшки выдержат. Но онемевшее от холода тело, продуваемое со всех сторон из-за разорванной одежды, не оставляло выбора. И, как обычно досчитав до трёх, Майя собралась с силами.

На удивление, истончившаяся от времени и погодных условий решётка оказалась довольно крепкой, и девушка сама не заметила, как очутилась на крыше террасы. Переведя дух, выпрямилась в полный рост, стараясь удержать равновесие на трещащей под весом черепицей, и направилась к окну комнаты.

Только схватившись за раму Майя осознала всю бесполезность ситуации и, закусив губу, застонала. Окно оказалось закрытым с внутренней стороны. Даже форточка, через которую можно было попробовать достать до шпингалета, не поддавалась.

Майя тихо выругалась и топнула от злости, тут же об этом пожалев. Раздался громкий хлопок, свидетельствующий о трещине в черепице.

Девушка присела, стараясь как можно ближе пригнуться к крыше и остаться незамеченной. Послышалось несколько голосов, что-то бурно обсуждающих, и Майе пришлось задержать дыхание, чтобы ни один звук не мог выдать её местонахождение.

Майя надеялась, что никто не додумается попробовать попасть на крышу тем же способом, и с облегчением выдохнула, когда голоса стали отдаляться. Но ненадолго.