Наперегонки с темнотой

«Да неужели? Соизволила все-таки!»

Я принялся повторять то, что уже рассказывал утром, но сейчас думал над каждой произносимой фразой. Начав с момента приезда к реке и завершив тем, как мы оказались в городе, без лишних подробностей я описал произошедшее. Джонсон слушала не перебивая, лишь изредка уточняла кое-какие детали.

– Это была самооборона, – завершая рассказ, сказал я.

Придирчиво осмотрев меня с головы до ног, она сухо заметила:

– Ни на вас, ни на вашей дочери нет следов насилия, Джон. Могу я вас так называть? – Я кивнул и она тотчас спросила: – С чего вы сделали вывод, что вам хотели навредить?

От такого замечания я опешил, но удивления показывать не стал.

– Представьте, что на вашего ребенка безо всяких объяснений надвигается здоровенный ублюдок и в его намерения явно не входит угостить конфетой. Что бы вы сделали, инспектор? Разве не поступили бы так же?

– К счастью, у меня нет детей, – пренебрежительным тоном заявила она. – И позвольте, вопросы буду задавать я. Насколько я понимаю, оружия у них не было?

Глядя в ее лицо с уже едва скрываемой неприязнью, я ответил:

– Нет, но их намерения были вполне ясны.

– И каковы же, по-вашему, были их намерения?

– Убить нас. Они целенаправленно шли к нам, чтобы убить. Это не было ограблением или простым дурачеством. Они не слушали предупреждений, не реагировали на выстрелы в воздух и вообще ничего не говорили. Просто шли напролом.

– Может, у них была веская причина? – Джонсон слегка прищурилась.

– Причина? – усмехнулся я.

 – Мне показалось, они были не в себе. Возможно, под действием каких-то наркотических препаратов, но я не могу быть уверен. Может, причина в этом? Или в том, что они были обычными психами?

– Вы сказали, что раньше их не встречали. Как вы считаете, кто они такие?

– Без понятия. Именно поэтому мы и обратились к полиции. Я полагал, вы разберетесь в этом и выясните, что те уроды делали ночью в лесу, а также для чего им понадобилось нападать на нас.

Следующие минут десять Джонсон ходила по кругу, задавая одни и те же вопросы.

Она меняла построение фраз, петляла, провоцировала, пыталась запутать и подловить меня на лжи, но я упрямо твердил сказанное ранее. Казалось, за прошедший промежуток времени я наизусть заучил все возможные вариации ее хитроумных уловок.

– Вам не показалось странным их поведение или внешний вид? – прозвучало в третий раз.

Очевидно, она добивалась от меня подробных описаний именно их внешности и поведения.