Наперегонки с темнотой

Билл не верил ни единому нашему слову, но к своей досаде, теперь и я засомневался – а не привиделось ли мне лишнего? Ведь невозможно поверить, чтобы тот ублюдок после выстрела в живот смог как ни в чем не бывало вылезти под колеса пикапа.

Может, мне все почудилось и заряд пролетел рядом с ним, а я не увидел? Или я попал ему не в живот, а, скажем, в плечо? Но как тогда объяснить его мерзкую рожу? Ее-то я видел! И как быть с тем рыжим? Я в упор пальнул ему в бок, а он после этого принялся истерически хохотать и даже когда я по самую рукоять вгонял в него нож, ни на секунду не затыкался.

С громадным негром вообще не сходится. У меня не возникало сомнений в том, что на темной лесной поляне предстало перед моими глазами. Я отчетливо видел, как картечь прошибла его грудную клетку, но он словно не обратил на это внимания и если бы я не снес его безобразную, сплющенную головешку, сейчас не сидел бы здесь.

Пока я это обдумывал, Билл переложил стопку бумаг с одного края стола на другой, достал из пачки сигарету, не торопясь прикурил и процедил сквозь зубы сразу три вопроса:

– Прикончил двоих, значит? И ты заявляешь об этом только сейчас? Ты в своем уме, парень?

– Они напали на нас! – с вызовом ответил я.

Признавать вину за то, что пристрелил тех ублюдков, я не собирался. – Более того, один из них напал на Терри.

– Это правда, Билл, – вставил Роб. – Пока мы отбивались от двоих из них, на Терри у палатки напал третий, о котором мы даже не подозревали. Мы еле подоспели на помощь.

И он был огромным! Дерьмо собачье, я еще никогда не видел такого огромного парня!

Размышляя об услышанном, Билл барабанил пальцами по столу и одновременно хмурил седые кустистые брови. От этих кривляний на его морщинистом лице образовывались дополнительные складки, крупный мясистый нос с шумным свистом втягивал воздух, губы же превратились в сплошную, резко перерезающую подбородок черту.

Он не произносил ни звука, но было видно, насколько он зол. Эта злость буквально витала в спертом воздухе кабинета.

Оно и понятно, возня с трупами не лучшая перспектива для воскресного утра – наверняка у него имелись другие планы на сегодняшний день.

– Звони Сандре, – наконец бросил он Броуди. – Пусть побудет в участке, а нам всем придется прокатится.

– Черт, Билл, – запротестовал я. – Мы не спали всю ночь, я с ног валюсь и Терри…

– Ты всерьез или валяешь дурака, Уилсон? – Он глянул на меня так, что я тут же обреченно стих.