Палые листья лета

 – Ну, я пойду? – для чего-то спросила разрешения она, прежде чем выйти из магомобиля, остановившегося на площадке перед небольшой лавкой женской одежды.

– Иди. И зеркало купи! – Санайе и самой захотелось посмотреть, что же такого необычного нашла в её глазах подруга.

В лавке Дениз пробыла совсем недолго. Магичка не любила хождения по магазинам. Она бросила на сиденье несколько свёртков и гордо сообщила:

– Вот! Думаю, должно подойти. Туфли меряла по себе, знаю, что твоя нога чуть больше. Остальное – на глаз.

Чтобы хоть чем-то занять себя, Санайя принялась рассматривать покупки. Комплект белья, тонкие лосины и гольфы вместо чулок, удобная юбка в синюю и зелёную клетку и простая, без изысков, блузка приятного салатового цвета. Шерстяной синий жакет в тон юбке. Туфли мягкой кожи на низком каблучке, пожалуй, были самой дорогой частью принесённого гардероба. Небольшое зеркальце. Ничего лишнего и вычурного. Теперь нужно бы переодеться. Но не при водителе же.

Кривые улочки оставшегося неизвестным городка быстро закончились.

– Не могу больше сидеть в машине! Давай пройдёмся, заодно и переоденусь в том лесочке, – Санайя затолкала в пакет судорожно сжимаемый до этого жакет и велела водителю остановиться.

Магомобиль замедлился и замер на обочине.

– Ты хотя бы туфли надела, – укорила Дениз подругу, ступившую в придорожную траву босыми ногами.

– Туфли? Да-да, конечно. Только я пройду немного так, хорошо?

– Хорошо, – магичка пожала плечами. Мало ли какие странности могут проявиться у человека, испытавшего тяжёлое потрясение. Тем более, если вся его жизнь до этого была тиха и размеренна.

Так они и шли: впереди Санайя, она изредка наклонялась и проводила ладонью по верхушкам зелёной травы и ласковым головкам и бутонам цветов, и, в нескольких шагах позади, всё более хмурящаяся Дениз.

– Как же здесь хорошо, Денни. Почему нам удаётся так редко вырваться на природу? Здесь даже пчёлы совсем другие, чем в городе! – Санни развернула вверх пропахшую травой и пыльцой ладонь, на которую тут же уселся толстобрюхий шмель. – А запах? – она глубоко вдохнула.