Три цветка и две ели. Третий том

На берегу реки поставили шатер для дам, чтобы они могли в нем раздеться. Рагнер купаться отказался и остался в дозоре. Он сел у валуна на небольшом отдалении, рядом поставил ружье, так же годное в качестве отменной дубины. Прочие мужчины купались дальше, чуть ниже по течению.

Маргарита умела недурно плавать – ее и Синоли научили еще в детстве, в Бренноданне, а Филиппа нет, ведь в Элладанне рек не текло, только мелкая Даори, чистая у истока на холме и грязная в городе; к озерам же никого не пускали – они принадлежали герцогу Альдриану.

Пару раз дядя Жоль возил семью в Калли, в другие празднества Перерождения Воды Ботно пытались пробраться к ручьям Левернского леса, на худой конец обливались водой из колодца.

Плавать Маргарита любила, но сегодня не стала – с Ангеликой на руках она быстро присела, погрузила их обеих на мгновение под воду, и побежала назад к шатру. Вскоре она вышла к Рагнеру одетой в платье, но с мокрыми, распущенными волосами.

– Зря ты не искупался, – сказала она, присаживаясь напротив него.

 – Вода теплая, к тому же целебная. Ангелике и той пришлось по нраву, – показала она замотанную в сухое полотенце, гукающую и улыбающуюся дочку.

– Нельзя мне, – вынул травинку изо рта Рагнер и отбросил ее. – Бесовские обряды да игрища, а я на исправлении души…

– А травинки ты давно жуешь? – задумалась Маргарита.

– Полагаешь… я наперстянку вашу погрыз?

– Да кто знает, что тут за травы растут или грибы… Я сама не знаю. Не тащи более в рот всякого, ты же уже не малыш. И я тебе не указываю, но…

– Значит… может, я уж снова отравился.

Одним хлебом не наелся и много чего успел погрызть, пока тебя ждал. Наверняка помру через три дня…

– Рагнер! Что еще за разговоры?

– Ааа… так – ничего…

– Рагнууулечка… – ласково прошептала Маргарита. – Ну скажи, что такое с тобой? Может, ты мне благо хочешь сделать своим молчанием, но выходит хуже. Я же вижу, что тебя что-то гложет. Я тревожусь и расстраиваюсь. Неужели мы вместе через малое прошли?

– Я… Иди ко мне, – протянул он руки.

 – Сядь ко мне, хочу вас обнять.

Маргарита пересела спиной к его груди, и он обнял ее.

– Говори! – потребовала она.

– Просто так не сказать. Я с Магнусом поговорил о твоих снах, потом разговор зашел о проклятьях, и еще я случайно узнал, что мой старший брат Гонтер знал точное время своей смерти – затем и вернулся в Ларгос. Говорил, что мы оба прокляты и я умру как он – в тридцать три… Он погиб ночью третьего дня Кротости, значит: у меня три дня.