Гибель Лодэтского Дьявола. Второй том

Платок – это слишком просто для супруги градоначальника.

– Спасибо, – тепло сказала Маргарита, несмотря на то, что ее коробило обсуждать с Гиором и наряды, и свое тело, и, вообще, женскую плоть. Почти наугад она выбрала двенадцать платьев. Затем так же несмело подобрала ткани.

– Хорошо, – подытожил Гиор. – В следующий день венеры, в это же время, я привезу часть того, что мы успеем сшить. Благодарю, мона Махнгафасс.

Он стал убирать отрезы тканей в свой неимоверный сундук, раскрытый в маленькой гостиной и занявший всё ее свободное пространство.

«Я всегда считала, что заказывать наряды – самое чудесное занятие из всех… – думала она, наблюдая за Гиором. – Даже не мечтала о таком подарке – дюжине платьев из лучших материй! Теперь, вместо радости, я чувствую себя сильванкой, стыжусь сделать выбор и опозорить Ортлиба, явив всему Элладанну дурной вкус. И это только начало… Что меня ждет в том большом красном доме, где я ни разу не была и, похоже, не буду до свадьбы? Кем была та хорошо одетая, светловолосая особа, причесанная как незамужняя девушка, которая смеялась надо мной из окна ратуши? Оказалось, что не дочь… А если прислужницы в доме градоначальника будут такими же наглыми, как Марили из Доли? Как мне таким указывать? А важные знакомые градоначальника, патриции? Светские торжества? Празднества в замке герцога Лиисемского? Боже, сам герцог Альдриан будет смотреть на меня и, возможно, смеяться! Стоит мне только заговорить – все будут смеяться!»

– Еще раз изъявляю вам поздравления, мона Махнгафасс, – отвлек девушку Гиор Себесро.

Маргарита поднялась со стула и прошла в гостиную.

– Вы, господин Себесро, должно быть, думаете, что… – тихо говорила она, терзая свои красивые пальчики, побелевшие и преобразившиеся за две восьмиды без черного труда. – Когда вы делали мне предложение… что я вам отказала потому, что уже тогда думала стать супругой господину Совиннаку, не правда ли?

– Нет, мона Махнгафасс, ни о чем таком я не думаю, – равнодушно ответил Гиор; его лошадиное, грубое лицо оставалось бесстрастным.

– Нет, вы думаете… Подруги мне признались, что считают все вокруг: что я выхожу за богатство и положение господина Совиннака.

Гиор Себесро замер на пару мгновений, что-то собираясь сказать, но затем взял за ручку сундук и приподнял его.