Остатки разума

И когда тебе кажется, что всё идёт наперекосяк, в твою жизнь пытается войти нечто чудесное. Несмотря на весь кошмар случившегося, мы приобрели настоящих друзей. Дракон и Белка стали для нас семьёй.

М: А твоя сестра и Дракон вместе?

В: О, это отдельная история. Расскажу как-нибудь в другой раз.

М: А я ведь считала, что ты баловень судьбы. Всё у тебя хорошо – семья, друзья. Мне стыдно очень. У тебя и так проблем хватает, а тут ещё я со своими.

В: Друзья ведь для этого и нужны.

Я не хотел, чтобы она думала будто нагружает меня своими проблемами.

Я совсем не этого хотел.

М: О, походу дружба с Нюшей сильно повредила мою самооценку. Постоянно присутствует ощущение навязчивости, но я работаю над этим.

В: Говорят, к хорошему быстро привыкаешь.

Лика

Я приходила в себя после общения с Вервольфом, пытаясь привести мысли в порядок и понять свои ощущения. То, что его история разбередила мои собственные раны – это понятно. К тому же я в очередной раз убедилась, что друга выбрала очень правильно.

Вервольф был таким же замечательным братом, как Ванька. Он пока не догадывался, что нас многое объединяет, и что своим откровением он буквально покорил меня.

Я лежала на кровати в своей комнате, свернувшись калачиком и сжимала в руке телефон. Слёзы текли по щекам. Это были не те слёзы, о которых можно просто сказать: «слёзы от счастья» или «слёзы от боли». Я чувствовала, как вместе с ними моя душа освобождается от многолетней тяжести. Мне будто стало легче дышать.

Это были слёзы облегчения. Я словно только сейчас поняла, что не стоит зацикливаться на своих страхах. Страх, как камень, тянет на дно и не даёт двигаться дальше. Я резко вскочила всем своим видом показывая, как решительно настроена доверять людям и впустить наконец-то в свою жизнь нечто чудесное.

Внезапный звонок заставил меня прийти в себя. Звонил Антон.

– Привет, Антон, – ответила я, хлюпая носом.

– Лика, привет. Ты плачешь?

Объяснить свои слёзы я бы ему не смогла, поэтому торопливо соображала, что сказать.

– Это я лук резала, – произнесла я, испытывая жгучую неприязнь к себе за то, что на его беспокойство вру так убедительно, словно это обычное дело.

– О, тогда мне остаётся лишь надеяться, что нарезка овощей не займёт целый день, и ты согласишься провести время со мной и моими друзьями. Мы после обеда на пляж собираемся. Что скажешь?

Моя решительность мигом куда-то подевалась. Пляж, купальник, незнакомая компания.