Уголки памяти

– Маргарита, и как это понимать?! Уже, как полчаса, ты должна стоять здесь и встречать гостей! Почему мы должны краснеть из-за тебя, скажи на милость? И учти, я надеюсь, ты сейчас скажешь, что уже подъезжаешь, – выговаривала она мне.

– Нет, я, конечно, могу, но тут такое дело… – мямлила я.

– Элен, ты на дочь не ворчи, – заговорила Люсьена, – придумай там что-нибудь, ты это умеешь. В конце концов, праздник вы устроили для себя, а не для Маргоши, так что развлекайтесь, она скоро подъедет.

– Здравствуй, Люсьена! Я так понимаю, Рита всё ещё у тебя? Ты права, ворчать бессмысленно, я с ней потом поговорю.

В трубке повисла тишина.

Моя мама, Елена Борисовна, не любила бабушкины эксперименты с именами и всё такое и, по-моему, тоже считала, что она немного не в себе. И тем не менее, никогда ей не перечила.

– С этим разобрались. А теперь идём, покажу твой подарок.

Люсьена встала и вышла за дверь, я поспешила за ней. На улице начинало темнеть.

– Ты с ума сошла, Люсьена, – чуть дыша проговорила я. – И как додумалась только?

– Для моей девочки мне ничего не жалко, – гордо ответила она. – И цвет я подбирала специально для тебя. Он удивительно гармонирует с цветом твоих волос.

– У меня нет слов. Вот только одна сущая безделица не даёт мне радоваться в полной мере – у меня нет прав, а в остальном, я безумно счастлива, – я обняла бабулю.

– Что значит, прав нет? – удивилась она. – Ты же давным-давно научилась водить.

– Ба, мне семнадцать!

– Отставить «ба»! – недовольно скривилась она. – Я свои года не считаю, вот и с твоими немного ошиблась.

Я рассмеялась и подошла к машине, провела по ней рукой, открыла дверь и села за руль.

– Эх, так охота прокатиться! Жаль, но ещё, как минимум, год не смогу себе этого позволить, – вздохнула я.

Пару лет назад отец нанял для меня инструктора, который исправно, несколько часов в неделю обучал меня вождению. В свои семнадцать я, не скромничая, могла сказать, что моим навыкам мог позавидовать любой опытный водитель. В этом деле я была профи, только без прав.

– Ладно, хорош хандрить! – приказала я себе и вылезла из машины. – Жаль расставаться с тобой, красотка, но мне пора ехать.