Вдовец

Та рассказывала, что родители детей, больных ДЦП или аутизмом, редко принимают тот факт, что никто кроме природы и генетики не виноват в том, что случилось. Всегда ищут виноватых среди людей: врачей, акушерок, анестезиологов, которые «сделали не тот укол». В крайнем случае виноваты прививки. Так проще жить, так проще переносить тяготы такой жизни. И в этом нет ничего плохого, ведь сделать их жизнь проще практически невозможно, и они цепляются – неосознанно, конечно – за любую возможность.

Игорь взглянул на себя со стороны и понял, что тоже винит врачей.

– Не виню дочь, но контроль потерял над собой. Приведу ее комнату в порядок за пару дней, как раз к ее выписке.

– А что дальше? Тебе ведь декрет никто не даст. Один-то ты семью тянул на ура, а если ты будешь с ребенком, работать кто будет? Ты об этом думал?

– Я ни о чем, кроме Нелли, думать не могу, – признался Игорь.

Петр Сергеевич лишь кивнул головой и замолчал.

– Я знаю, что у вас есть идеи на этот счет, – сказал Игорь после паузы, понимая, что эти идеи не придутся ему по вкусу.

– Давай какое-то время девочка поживет у нас? Кстати, имя-то у нее есть?

Да, так и есть. Хотят отобрать внучку себе. За Максима шла вечная война: за каждый выходной, за каждый вечер после детского сада. Долгожданный первенец, всеми любимый и залюбленный, за его внимание шла нескончаемая битва. Вот и теперь – девочка не успела родиться, а уже начинается противостояние.

– Нелли хотела назвать Майей, но мне не нравилось, как сочетается с отчеством, – нахмурил брови Игорь.

Тесть молчал, ждал ответа на каждый из поставленных вопросов. Пришлось отвечать.

– Майя будет жить со мной. Я не знаю, как буду справляться, и я не буду отказываться от вашей помощи. Но я не готов отдать дочку на воспитание. В ней половинка Нелли. В Максиме еще одна половинка. Вот и получается, что целая Нелли в двух наших детях.

Ирина Васильевна улыбнулась этому сравнению с половинками и впервые за весь вечер произнесла:

– Мы поможем столько, сколько будет нужно. А детей у тебя никто не забирает.

– Спасибо.

Голос сел. Слово благодарности вышло хрипом. Пришло время уходить. Который час?

А час был поздний – сын в детском саду уже давно ждет, что за ним придут, наверняка остался последним из детей. Ничего, это не страшно. Страшно будет ему рассказывать.