Вдовец

И этот инопланетянин оказался способен на многие вещи, о которых Игорь не подозревал, но которые предчувствовал. В этот раз маленькое инопланетное создание не могло принести новых сюрпризов, но именно потому, что Игорь знал, что бывает после появления младенца в доме. Но он не знал, как будет жить дальше.

Около самого большого фикуса и около самого большого соцветия оранжевых цветов сделали несколько вымученно-улыбчивых фотографий на память. Для Майи.

Всю дорогу домой девочка спала. Дома, как только ее положили в кроватку, она разлепила свои подслеповатые глазки и дала знать бодрым воплем: я дома!

– Малышка, не плачь, твой братик рядом, – успокаивал Максим, неумело и слишком резко поглаживая ее ножку, крепко спеленатую медсестрой в роддоме.

В этот момент Игорь понял: будни папы-одиночки начались. К счастью, теща быстро навела нужное количество смеси, ловко высвободила малышку из рук растерянного отца и начала кормить внучку так, будто делала это и вчера, и позавчера, и вообще каждый день последние тридцать лет.

– Игорь, ты еще не оправился от всех событий, – проговорила она с мягким напором, – девочке нужна женская рука, а тебе время – чтобы прийти в себя, понимаешь?

Он и сам видел, как ловко она все обернула, пока он даже еще не успел сообразить причины недовольства дочери. Но слова тещи полоснули ножом.

– Я им буду и мамой, и папой, и советской властью, если понадобится. У вас ловко получается, Ирина Васильевна. Вы женщина, и это правда, что вы управитесь лучше меня, – на этом моменте он сделал паузу, и на щеках у тещи появился румянец, – но я их отец, а вы – не мама моей дочке.

Теперь удар получила теща. Она поджала губы и разговор был окончен.

– Но не откажусь от помощи, я уже говорил. Завтра и послезавтра я побуду с детьми один, я организовал себе на работе небольшой зазор между заказами. Я пойму, в чем больше всего мне нужно помочь, и обязательно скажу вам. Хорошо?

– Хорошо, – ледяным голосом ответила Ирина Васильева, с любовью рассматривая внучку.

Петр Сергеевич с момента, как оказался в роддоме, не произнес ни единого слова. До смерти дочери он ни разу не конфликтовал с зятем. Всегда получалось найти компромисс в любом вопросе. Сейчас Игорь вел себя чересчур жестко, чересчур грубо. И Петру Сергеевичу это не нравилось. Очень не нравилось.

Родственники ушли, и Игорь остался один на один со своими детьми. Волна паники попыталась захлестнуть его.