Нестабильная

Ваш покойный батюшка любил говаривать: «И боги могут ошибаться», – услужливая память тут же подбросила обоим собеседникам моменты, когда вечно пьяный король Дейриг Седьмой повторял эти слова. – Но… могут быть и другие варианты, – Роэнс испытующе глянул на его величество.

– И что же это за варианты? – король с подозрением глянул на своего придворного мага.

– А что если предположить, что магический дар людям даётся не только волей богов?

– А чьей же ещё?

– Я понимаю, это не афишируется. Но вам ли не знать: среди предков её величества королевы Нитасии была легендарная архимагистр, – Роэнс многозначительно смолк, но, заметив, как при таком предположении нахмурился король, предложил ещё один вариант: – Или же ваш огонь настолько силён, что преодолел магию воздуха королевы.

– Что-то мне не нравится твоё «но», – скривился король, – что ты не договариваешь, Роэнс?

– Э-э, видите ли, ваше величество, – придворный маг замялся, но под тяжёлым взглядом монарха продолжил, – может случиться так, что этой девочке достался весь наследный огонь, и когда милостивая Крейна благословит ваш брак младенцем мужского пола, ему придётся довольствоваться крохами… Поэтому я и сказал о знаке.

– По-твоему, боги появлением на свет одарённой принцессы подают знак, что на престол может взойти и женщина?!

– Это вы сказали, ваше величество, – магистр Роэнс на всякий случай попятился к двери.

– Может быть, Роэнс, богам и плевать на наши замшелые законы.

– Может… сообщить, что младенец не выжил? – осторожно намекнул придворный маг.

– Уж не предлагаешь ли ты мне убить моего ребёнка?! – его величество угрожающе приподнялся в массивном кресле.

– Что вы, что вы, ваше величество, это всего лишь мысли вслух! – магистр понял, что король не на шутку разгневался. – Есть и другие варианты.

– Не юли! Что ещё за варианты ты выдумал?

– Оставить малышке жизнь и огонь, но лишить имени.

– Про первое я не хочу слышать. Объясни второй вариант!

– Стихия королевы – воздух, – придворный маг низко поклонился, пряча взгляд и ожидая, что король сам поймёт недосказанное.

– И что? Ты считаешь, что открыл великий секрет? – его величество подошёл к столику и налил себе вина из стоящего там графина.

– Никому не покажется странным, если мы объявим, что стихия новорожденной принцессы – воздух.