Элегия забытых богов

Мужчина и женщина, испытывающие один к другому более чем дружеские чувства.

Тогда, давным-давно, Исанри выбрала другого. Не тихого и серьёзного отличника Ротанхора, а безалаберного шутника и балагура Таэрина. Одарённого сверх меры разгильдяя, гулёну и бабника. Гулять налево Таэрин – Рин, как называли его друзья – с тех пор перестал, но весёлый беззаботный нрав и лёгкое отношение к жизни и всему тому, что не относилось к его женщине, остались при нём. Исанри любила его таким, какой есть. Изменить мужчину? Лучше измени под него мир.

И вот это неожиданное приглашение. Зачем? Все слова давно сказаны. Все отношения выяснены.

– Ротанхор, к чему всё это? Ты хотел меня поразить? Хорошо, я потрясена. Твоим богатством, вкусом и силой магии. Ты действительно много добился. А теперь позволь мне уйти.

Тихая плавная музыка, ненавязчиво сопутствующая разговору, стала громче.

– Да, конечно. Прости. За всё прости, – грустно сказал Ротанхор и нерешительно протянул руку. – Хотя бы на один танец со мной ты снизойдёшь?

И ведь знала, что перед ней искусный манипулятор, но отказать в единственном танце не смогла.

Что значит танец? Сколько их она провела с посторонними мужчинами? И конкретно с этим. Исанри сделала шаг. Зал заполонила незнакомая мелодия. Она была всюду. От стены и до стены, от пола и до потолка, в саду, в цветах и деревьях. В камнях и фонтанах. В звёздах. В каждой клеточке тела.

– Ты и музыку сам сочиняешь?

– Эта – только для тебя. Нравится?

– Как может такое не нравится. Ты талантлив во всём, Тан.

Когда-то давно она говорила эти слова, чтобы утешить старательного студиозуза. При этом все окружающие прекрасно знали, что его единственный талант – небывалое упорство в достижении цели.

Ротанхор едва заметно улыбнулся. Партнёрше? Её словам? Или своим мыслям? Какая разница.

Сколько длился этот танец? Сложно сказать. Усталости нет, неловкости нет, недавняя размолвка давно забылась. Само время как будто замерло. Есть только волшебная музыка, этот танец и мужчина, сумевший сотворить настоящее чудо.

В голове проносились невероятные картины. Картины видения того, чего не было и не могло быть никогда.

– Вина?

– Да, пожалуй.

Именно вино отрезвило. Она опять попалась! И ведь прекрасно знала, с кем имеет дело. Прямо посреди зала валялись роскошные шкуры и на шкурах два разгорячённых обнажённых тела.

– Как ты смел так подло поступить со мной?! Я ухожу! – Исанри огляделась в поисках своей одежды. Платье было безнадёжно испорчено.