Безродная, или Свет ее тьмы

Но не до таких же воплей. И вообще, дело-то до того самого так и не дошло. И ведь не скажешь Веру про сон. Уж он-то точно знает, что Бранка не спала.

Демонюка исчез. Хоть что-то хорошее. Он-то исчез, а вот Вер ждёт. И что говорить? «Это я тебя испугалась до ужаса», или «Прости, но это ещё одна моя тайна»? Сколько можно отгораживаться от того единственного, кто готов и может помочь. Тем более, демон – это никакая не тайна, а просто один из детских ужасов. Да, очень стойких и, как оказывается, реальных. Но всего лишь видений, которые преследуют Бранку независимо от её желаний.

– Я… я видела демона, – начала она. – Сначала в том углу появились красные глаза, потом голова, а потом он весь вышел из темноты, достал тёмный клинок и грозил нас убить. И меня и тебя, Вер! Ты мне веришь?

Так хотелось схватить друга за руки и заглянуть ему в глаза. Но вдруг, демон появится опять? И уже не ограничится одними угрозами?

– Демон, говоришь? – Вер невесело усмехнулся. – Знаешь, Бра, мне как-то больше хочется верить, что ты так испугалась демона, а не меня.

– Вер! Ну что ты Вер! Разве я могу тебя бояться? Ведь ты – это же ты. Ты у меня самый лучший. Только давай отложим, ну, это самое, на потом, а? Все ребята уже знают, что ты ночуешь у меня. Значит, своей цели мы добились, да? Мы обязательно это сделаем, но как-нибудь потом, в другом месте. Вдруг, здесь какой-нибудь старый-старый демонический портал, а в нём – сошедший с ума демон?

Бранка и сама не верила в ту чушь, что несла про портал, но ещё раз пробовать совершить то, что они собирались, совсем не хотелось.

– Я переберусь в твою комнату! – то ли Вер захотел защитить девушку, то ли понял, что может торговаться. В любом случае, отказываться не стоило.

Вряд ли он защитит от той жути, что грозилась их убить, но так, действительно, будет спокойнее: и ему, с этой ночи имеющему право объявить Бранку своей невестой, и самой Бранке. Пусть она и бесстрашна порой до неразумности, но всё же, демон – это уже чересчур.

***

То, что Вер переселился в комнату Бранки, друзья восприняли как само собой разумеющееся. В любое другое время наставники и мыслить о подобном не позволили бы. А сейчас… не до воспитанников было им сейчас. Тем более, всем давным-давно было ясно, что княжич Орвейг неравнодушен к своей подруге. А теперь и отец возражения подрастеряет. Дело-то уже сделано. Всё верно они поступили.