Однажды в замке

Из ночного горшка обещаю его не обливать, хотя ты даже не представляешь, как бы мне этого хотелось.

В последнем Евстафий не сомневается. Он закрывает окошко и задумывается над тем, что же именно написал Карл своему отцу, что тот сразу же решил посетить монастырь Святого Лазаря.

Евстафий почти даже догадывается, как это все происходит.

***

Герцогиня возвращается в Аквин, усталая, бледная, с тоской и мукой в глазах. Вечером она входит в покои своего мужа и останавливается у двери, ожидая пока тот заговорит с ней.

– Как прошла поездка?

Марианна усмехается.

– А как она должна была пройти? – она садится на скамью и смотрит на огонь в камине.

Яркое пламя слепит глаза, но Марианне, похоже, этого и хочется.

– Он не бредил?

– Нет, – резко отвечает Марианна, – передавал тебе соболезнования в связи со смертью нашего сына.

Пауза.

– И это все?

Марианна резко вздыхает.

– Нет. Еще вот это, – она встает и бросает перед ним на стол конверт.

Герцог хмыкает.

– Не прочитаешь? – спрашивает Марианна.

– Может быть, позже, – отвечает герцог.

– Он просил, чтобы ты его прочитал.

– А там что-то настолько интересное, что мне стоит это читать? – фыркает герцог.

– Не знаю, – огрызается Марианна, – я его не открывала.

– Ну вот видишь… – герцог пожимает плечами.

Марианна качает головой, она подходит к камину и снова смотрит на огонь.

– Мне вот интересно: один твой сын умер, второго ты держишь взаперти как сумасшедшего – и все это не вызывает у тебя ни малейших эмоций? Даже намека на них? – она оборачивается, ее серые глаза горят на осунувшемся лице.

– В моем возрасте, Марианна, эмоций не вызывают и более важные вещи, – парирует герцог.

Марианна хочет что-то сказать, но отмахивается и выходит. Как только за ней закрывается дверь, герцог взламывает печать и разворачивает письмо.

«Я видел Черного пса, отец».

Герцог долго смотрит на бумагу, потом сминает письмо и бросает его в огонь. На следующий день он сообщает в монастырь Святого Лазаря о своем визите.

***

Карл сидит на подоконнике и смотрит, как монахи пробираются к церкви для молитвы. Их опасения весьма понятны, но в это утро у Карла другие планы – устраивать для них шоу он не собирается.