Красный сокол

 – Разве Маларк направил не весь флот к Радору?

– Судя по данным нашей разведки, Таал разделил флот на три части: одна атакует Желтую землю, вторая – Радор. Мы не знаем, где находится третья.

– Но если вы поддержите Радор…

– Мы поддерживаем Радор, но Радор – это не одна планета, а пояс астероидов. Никто не может контролировать его целиком.

Я сглатываю. Значит…

– Он победит? – тихо спрашиваю я.

– Возможно, – я почти вижу, как мой невидимый собеседник криво улыбается. – Но сейчас мы должны сосредоточиться на другом.

Вы уверяли меня, что этот ваш Фраат из храма Таа имеет поддержку на Желтой земле. Вы уверяли меня, что Таал Ламит будет вести с ним переговоры и не рискнет бомбить свой собственный спутник. А что в итоге, Нилн? В итоге он и не думал с ним разговаривать. Откуда у этого мальчишки такая уверенность в себе и такая завидная проницательность?

Я и сам об этом думаю. Не могу понять.

– Великая Царица Миртес могла догадаться, – вдруг говорит Авирн. – Она могла предупредить его перед смертью.

– Прошу прощения, господин… – тут же извиняюсь я. – Это мой сын, Авирн. Он больше не позволит себе вмешиваться в нашу беседу.

Краткий смешок.

– Ничего. Он прав. Как же вы, Стоящий по правую руку Царя, упустили то, что Таал сразу же после смерти Миртес принялся разводить свой флот по системе?

– Господин, я…

Он думает, что я предатель дважды: сначала предал Таала Ламита, а потом и его самого.

– Вы уверяли меня, Нилн, что Таал Ламит начнет переговоры. Вы утверждали, что держите ситуацию под контролем.

Как же случилось так, что вы не заметили самые крупные маневры флота Альрата за последние двадцать лет?

– А как случилось, что вы этого не заметили!? – не выдерживаю я. – Вы до сих пор не знаете, где треть его флота. Не только я недооценил Таала Ламита.

Я съеживаюсь, удивляясь собственной дерзости. Тишина висит слишком долго, и если бы не значок на экране планшета, я бы уже решил, что связь разорвана.

– Неважно, – наконец, отвечают мне. – История с Желтой землей на этом закончена.

А воевать в Радоре – это как барахтаться в трясине: чем больше шевелишься, тем больше затягивает.

Авирн с ужасом смотрит на меня. Я бы и рад реагировать так же, как он, но не могу себе этого позволить.

– Вы отступаете? – спрашиваю я.

– Я никогда не отступаю, – отвечает мой невидимый собеседник.

– Тогда что нам делать?

Я стискиваю зубы, смотрю на Авирна. Летающий светильник как раз останавливается у его лица. Он бледен.