Две сестры в стране роз

Тут и там перед сестрами кроме привычных им деревьев вроде дубов, кленов, осин и сосен, возвышались закрученные в спираль, волнами поднимающиеся словно бы к самым небесам стволы фантастических деревьев, чьи ярко-зеленые листья шелестели на ветвях и время от времени, кружась, падали на землю к самым ногам маленьких путешественниц. Однако бо?льшим удивлением для Олеси и Василисы стали растения, имевшие листья не совсем обычных цветов, а такие тоже встречались девочкам по пути. На ветвях этих чудесных деревьев росли не только красные и желтые листья, которые мы все видим осенью, но также синие, фиолетовые, розовые, голубые, пурпурные, бирюзовые, белые и даже черные.

– Хватит! Цепочку порвешь, – одергивала сестру Василиса.

– Не порву, я аккуратно! – отзывалась та, даже не оглядываясь на неё и продолжая свое занятие.

– Интересно, долго ли идти до этого Великого Чародея? – задумчиво проговорила старшая из сестер, – Мы же не спросили Лазурину, как выглядит его жилище…а скоро вечер наступит, потом ночь… Где нам ночевать? Не на земле же.

– Тогда надо найти того, у кого есть дом! – с умным видом проговорила Олеся, словно бы она совершила великое научное открытие.

– Легко сказать «надо найти»! – пробурчала Василиса, – Да даже если найдем, что мы скажем: «Здрасьте, абсолютно незнакомые люди, пустите нас, пожалуйста на ночлег»?

– Ну, да, – Олеся обернулась наконец к сестре, – А как по-другому то?

– Но это же совершенно незнакомые нам люди! Или даже не люди, а вообще кто угодно! – распалялась Василиса, – Откуда мы знаем, что у них на уме! Может это … как их там… Найтеры, которых Дракон подослал, чтоб нас схватить!

– А это нам на что? – Олеся вытянула амулет-ракушку перед собой и поднесла поближе к лицу сестры, насколько хватало её роста.

Тут сестры заметили, что амулет светится ярко-красным светом, что означало приближение опасности, как говорила русалочка-принцесса.

– Светится… – протянула Василиса, её глаза округлились от ужаса, и она начала судорожно перебирать пальцами и поджимать губы, как она обычно делала, когда волновалась.