Крамола

– У Проктора Мирраера три сына, я думаю, хоть один из них будет не против стать мужем сестры Царя и Бога.

Естественно, когда я говорю о браке, я имею в виду Арииль. Ну не Мериит же, которой всего семь лет, и уж тем более не Лееру.

– Ни одна Царевна Альрата никогда не выходила замуж за чужеземца! – вскипает Зиа.

– Так уж и ни одна? – я с улыбкой смотрю на нее.

– Ей понадобится приданое, – вмешивается Ваарг.

Вот ты здесь вообще причем?

– Арииль – девушка небедная, она вполне может сама обеспечить себе приданое ради блага Альрата.

– Да, Божественная Царица.

Все-таки интересно, с чего бы это ему вступаться за Арииль? Надо попросить Фанну, чтобы выяснила.

– Я против, – говорит Зиа, как будто нужно повторять это еще раз.

– Решение примет наш Великий Царь и Бог, – я улыбаюсь.

Мы все замолкаем и смотрим на Атиарна. Он, конечно же, наслаждается этим моментом. Ну давай, соглашайся. Подстрелим двух зайцев одним махом: утрем Мирраер и избавимся от этой занозы по имени Арииль. Один черт от нее никакого проку, только сплетни разводит и глаза закатывает.

– Если мой Царь и Бог позволит, то у меня есть другое предложение, – снова подает голос Ваарг.

Я чувствую раздражение. Вот какое тебе дело до этого? Занимайся своими кораблями.

– У Проктора Мирраера есть не только сыновья, но и дочери. Что если Великий Царь и Бог сделает одну из них своей младшей женой? В таком случае дары получит Альрат, а Мирраеру будет оказана великая честь.

Какого черта? На мгновенье я цепенею, но беру себя в руки. Мы с Вааргом скрещиваем взгляды. Его лицо вообще никогда не выражает эмоций. Такого ножом пырнешь – даже кровь не потечет.

– Решение примет Великий Царь и Бог, – повторяю я.

Атиарн как всегда выдерживает театральную паузу.

– Царь и Бог обдумает этот вопрос.

Он жестом дает понять, что собрание окончено.

Обдумает он… Мне хватает выдержки дойти до своей части дворца. Можно, конечно, было сразу пойти с Атиарном, но это бесполезно. Наш Великий Царь и Бог удалился размышлять, а он терпеть не может, когда его размышления прерывают. Тем более если он как раз размышляет о каком-нибудь судьбоносном решении.