Вероника: проект «Горгона»

– Может быть, вы заметили или почувствовали что-то необычное? Хотя, о чем я?! Вас ведь еле ноги несли! Вы понимаете, что загубили такой важный эксперимент?! И почему вы пили виски, вы разве не в курсе, что существует менее крепкий алкоголь?! – Девушка сидит, виновато потупив взгляд, и он продолжает: – Например, здесь отличное вино. Вам бы оно, наверняка, понравилось больше, чем виски.

– Я не специалист по алкоголю, – скромно признается она.

– Хоть это радует. Кстати, возможно, у нас есть ключ к разгадке этих ваших песен Враны.

«Врана» – это русское устаревшее название вороны. Могу предположить, что ваша ведьма говорит на древнерусском. Специалистов по нему немало. При первой же возможности мы попробуем ввести вас в гипноз и пообщаться с Враной. Она живет где-то в ваших воспоминаниях, попробуем ее извлечь.

– И вы с ней справитесь? – почему-то спрашивает девушка, совершенно изменив свою манеру поведения: теперь она не сутулится, не выглядит провинившейся девочкой, а выпрямившись, говорит с королевским величием, от чего ее собеседнику даже становится не по себе.

– Что вы имеете в виду?

– Это буду не я, – продолжает она в том же духе, – а русская шаманка, которой уже давно нет в живых, которой совершенно нечего терять. Думаете, она пожалеет меня – временное и бестолковое пристанище своей души? Я не знаю, чего она хочет, но я не хочу, чтобы от нее кто-то пострадал. Более того, я не уверена, что гипнотизер сможет загнать ее обратно после того, как она придет.

– В любом случае, это будет не скоро.

Сначала мы вернемся домой, потом и вас, и меня ждут дела, а потом будет видно. Все это будет не раньше осени. Поэтому, не переживайте, все еще успеет много раз перемениться.

Девушка приветливо улыбается, когда ее собеседник меняет свой тон на более дружественный. По его просьбе она рассказывает о некоторых своих воспоминаниях и снах. Он время от времени что-то записывает в блокнот. Больше всего его, однако, заинтриговала личность Враны, он то и дело спрашивает Веронику о деталях ее первого сна о ней.

– Постарайтесь вспомнить, что за знаки она чертила, – говорит он, когда речь уже, казалось, идет совсем о другом.

– Спирали, кресты, квадрат или треугольник, но больше все-таки спирали.

– По часовой стрелке или против?

Девушка задумывается, вспоминая, а собеседник уже собрался что-то записать.

– Я не помню! – сдается она. – Разве это важно?

– Может быть, и нет. – Он откладывает блокнот в сторону.