Сны ветра

 – Я сегодня вспомнила, что Страус говорил, что та коза про меня спрашивала, а он ей сказал, что я тоже умерла при обвале!

– Ты бредишь? – взглянув на нее лениво приоткрытым глазом, спрашивает он.

– Муж моей двоюродной сестры, Дени Штраус, работает в тамошней полиции – типичный мент, но неплохой человек. Он мне вчера звонил при тебе и сказал, что женщина, которая за мной следила, спрашивала у него обо мне, и он сказал ей, что я тоже погибла при обвале вместе с остальной группой.

– Зачем?

– Чтобы отстала, наверное.

Саша крепко обнимает подругу и целует ее голову.

– Верочка, успокойся, моя хорошая, он больше никогда тебя не обидит, его больше нет, – не сдержавшись, бросает он.

– Почему? – удивляется девушка, не понимая сразу, что тот имеет в виду.

– А что ты думаешь, я только трепаться могу?! Или это нормально, что тебя каждый выродок может унижать?! Между прочим, если с тобой что-то случится – спросят с меня! – раздраженно отвечает он, выпуская ее из объятий и снова откидываясь на спинку дивана.

– Что ты сделал? Но ты же не мог?.. Вот для чего ты просил его фото?!

Александр нервно вздыхает, в мыслях ругая себя за то, что не смог держать язык за зубами.

– Вера, я много чего могу! Да, вот такой я плохой! Ты бы видела себя вчера!

– Мне просто страшно.

Паршин приобнимает ее одной рукой и прижимает к себе.

– Саня, не обижайся, – продолжает она. – Просто для меня как-то многовато шокирующих новостей. Я вообще хотела сказать о другом: если в «Седьмой Атлантиде» считают, что я умерла, то значит они больше для меня не опасны?

– А ведь, правда! Была бы у нас их база, ведь они наверняка хранят информацию о тех, кого нашли, в электронном виде! Придумать бы, как ее заполучить.

Кажется, Александр полностью погрузился в раздумья, отрешившись от всего. Предчувствие говорит ему, что опасность еще не миновала, и по ощущениям все только начинается. Требуется разработать такой план, чтобы обезопасить себе подобных от действий этой организации. Также не мешало бы понять, чего и почему стоит ожидать им от этого центра. И вот, наконец, в его голове складывается более-менее целостная картина.

– Есть у меня одна неплохая идейка.